– Пожалуйста, Родриго, послушай его.

– Он убийца. Журналиста убил он; может, он причастен и к смерти Дели…

– В Отделе никто ничего не решает, приказы приходят и выполняются, а кто именно их выполняет – неважно. Я правда мог бы убить и журналиста, и Дели… Как и любой другой сотрудник Отдела. Без меня ничего не изменится.

– Опусти оружие, и отпущу. Я не стану стрелять, я просто хочу уйти. С завтрашнего дня можете начинать меня искать.

– Послушай его, Ордуньо. Я его знаю, он сдержит слово, – прошептала Рейес, уверенная, что только так можно сохранить жизнь обоим.

– Нет. Откуда мне знать, что, как только я опущу ствол, он не выстрелит?

– Придется тебе мне поверить.

Пистолет задрожал в руках Ордуньо. Он чувствовал ярость и острое желание размозжить голову парню, который держал перед собой Рейес, как щит.

– Опусти оружие, или я убью ее, – повторил Фабиан.

– Хочешь все уладить? Тогда ты тоже доверься мне, Фабиан. Ордуньо не будет стрелять, он даст тебе уйти. А теперь убери пистолет. Никто не станет тебя задерживать, – произнесла Рейес.

Фабиан пристально посмотрел на Ордуньо, словно пытаясь прочесть его мысли, а потом, не отпуская Рейес, начал отступать.

– Я буду скучать по тебе, Рейес.

В следующую секунду он убрал пистолет и бросился бежать.

Ордуньо продолжал целиться. Было темно, но он мог определить, куда бежит Фабиан, по шороху веток. Он знал, что не промахнулся бы, но Рейес вдруг бросилась к нему, умоляя не стрелять. Ордуньо растерялся и опустил оружие. Когда Фабиан скрылся, Рейес зарыдала. Ордуньо сжал ее в объятиях.

На подъезде к Лас-Суэртес-Вьехас он выключил фары; припарковался подальше от фермы, чтобы проникнуть на нее незамеченным. Узнав, что Марьяхо обнаружила автомобиль Виолеты на трассе А-1, Сарате сразу бросился в погоню. Чем дольше он ехал, тем меньше верил в успех: она могла свернуть в любом месте. Но когда до тоннеля Сомосьерра оставалось совсем немного, он увидел ее «ибицу»: Виолета ехала небыстро. Именно тогда Анхель понял, какова ее цель. Она стремилась в Усеро, к началу пути. У него мелькнула мысль сообщить об этом Элене, но он быстро отмел ее и выбросил телефон в окно, чтобы избежать слежки.

Всю дорогу Сарате вспоминал эпизоды из детства, связанные с отцом, его доброту и уважение, которое он внушал людям. После смерти отца мать впала в депрессию. С тех пор она улыбалась, только вспоминая прошлое: как на самой заре отношений они вместе ездили в Валенсию, как он перепил сангрии, как они купались в море. Счастье покинуло их дом после страшного утреннего телефонного звонка. «Убит случайным выстрелом во время преследования грабителей», – сказал Сантос матери.