Ректор резко отстранился, развернул меня животом поперёк массажного стола, намотал мой безвольный хвостик на кулак и с размаху вонзился в меня снова.

Стол скрипел, шатался и дрожал, громыхая на весь комплекс, ректор драл меня, как в последний раз, словно не было буквально вчера у нас абсолютно дикого свидания в лечебной капсуле. А я лишь старательно подвывала, только этим и способная обозначить свое участие. Я содрогалась на его могучем члене не меньше десятка раз, когда он, наконец, с глухим рыком навалился, пульсируя и заливая меня внутри горячим семенем.

— Ролис, — легко укусив меня за плечо, рыкнул он. — Зачёт теперь точно сдашь. Не расслабляйся. В пси-режим не выходить, особенно на зачёте. Все пси-активности исключительно под моим контролем. Отвод от псион-практики я оформлю. Завтра вечером в малый зал. В шесть. Не вздумай опаздывать.

«Ну вот и кончилась вся романтика», — со вздохом подумала я, и погладила его по плечу.

Чёрный хвост нежно обнял пушистую кисточку, коротко её приласкал… и сдавил чуть крепче, одаривая напоследок еще одним стимулирующим уколом шипов.

С массажного стола сползать не хотелось.

Ректор, судя по всему, не хотел сползать с меня, потому что он выпрямился далеко не сразу, и я словила несколько блаженных минут под его приятной тяжестью. Хвостик блаженствовал в тисках своего чёрного сообщника.

Когда рихт всё же слез с меня, мне стоило больших трудов оторвать свою своенравную пушистость, лианой обвившую ректорский хвост.

Зартон, что характерно, не торопился призывать белого наглеца к порядку, заинтересованно поглядывая на настойчивые попытки пушистого захватчика удержать его черное чудовище. Мне даже показалось рихтов хвост специально изгибался в нужных местах, чтобы обвивать его было удобнее.

Перехватив мой взгляд, ректор вернул себе суровый вид, убрал хвост за спину, кивнул мне и молча удалился.

Мечтательно вздохнув, я направилась в душ. Жаль, что ректор так рано ушел и не захотел присоединиться. Какой был бы кайф: вместе постоять под льющейся водичкой, подставляясь под умелые рихтовские руки…

Я мечтала и задумчиво намыливала кисточку балдеющего хвоста, когда дверь душевой за моей спиной с грохотом распахнулась.

Радостно взметнувшаяся намыленность утонула в могучем кулаке. Клочья пены полетели в стороны.

Широкая ладонь между лопаток вжала меня в плитку душевой.

— Я решил, Ролис, — вкрадчивый голос над головой вынудил предвкушающе растечься животом и грудью по прохладной стене. — От таблеток эффект слабоват. Необходим водный массаж. Исключительно в оздоравливающих целях.

— Необходим, ага… — промурлыкала я, выгибаясь в пояснице. — В оздоравливающих.