Стол из тонкого нитроволокна жалобно скрипел, но держался. Ножки с противным скрипом царапали пол, звонко цокали, стучали. Эти звуки заглушались мной. Я уже не стонала, а буквально визжала от непередаваемой смеси сладких вспышек болезненного удовольствия и ярких ощущений на самой грани.

— Еще! Еще! — кричала я, уже не сдерживая себя. Так же яростно подмахивала ему бедрами и рычала, закусывая освободившийся кулак.

Рихт громко зарычал, сильно натянул мой хвост, приподнимая ягодицы над столом. Прижался теснее, а затем впился зубами мне в холку. Его член судорожно сокращался у меня внутри, выплескивая горячую волну семени.

— Отчислю, — прорычал он.

— Валяйте, — сыто откликнулась я, устало сползая со стола вниз.

— Так отчислить или ещё повалять? — усмехнулся он.

— У вас тут мягкий ковёр… — деловито изучая обстановку, сообщила я.

Потянув на себя свой хвост, отменно измятый ректором, я вздрогнула: моя кисточка вдруг оказалась в его широких ладонях.

— Да и на том диване я бы тоже повалялась… Под вами, — дерзко заявила я и застонала от нажима большого пальца рихта в чувствительном месте между мягкими недо-шипами. Прогнулась в спине, и мой пушистый белый гребень показался во всей красе. Рихт одобрительно хмыкнул и продолжил свой разврат.

Возможно, дело было в том веществе, что впрыснул жалом в мой хвост ректор, но я чувствовала странную свободу. Хотелось прижиматься к могучему самцу, подставляться под его пальцы всеми частями тела и насаживаться на здоровенный член. Не останавливаясь. Долго. Резко. Сильно. И так сладко…

Прикрыла глаза, отпуская свою фантазию и позволяя себе увидеть всю эту сцену в красках. Ммм… Да я дикая развратница! И ведь не стыдно ни капельки…

И я точно не испытывала никакого смущения, прильнув голой грудью к мужскому бедру и провокационно потеревшись об него. Смелости добавляли голодные огни все еще вспыхивающие в его черных глазах. Призывно облизнулась, посмотрев на него снизу вверх. Его мужское достоинство покачивалось в опасной близости от моего лица. Огромное, горячее и уже готовое на новые подвиги.

Нет, не в опасной, а очень даже соблазнительной… близости. Так и тянуло лизнуть… Я приоткрыла губы, не отрывая глаз от налившейся кровью головки, на которой уже выступила блестящая капля. Она сверкала и гипнотизировала своей идеальностью.

Рихт правильно понял мой намек. Оставил мой хвостик в покое и запустил обе пятерни в мои спутанные волосы. Форменный обязательный хвост на голове давно развязался. Белые пряди рассыпались по спине. Ректор сжал пальцы, оттягивая их назад, заставляя откинуть голову и еще раз посмотреть на него. Глаза в глаза. Застонала и качнулась к нему. Кайф…

В его взгляде светился такой лютый голод, что я невольно потекла опять.