– Возможно, рассказать ей не такая уж плохая идея, – заметил он осторожно.

– Не уверена, что она позволила бы мне собирать информацию, даже если бы я ей рассказала, зачем она мне нужна. У Джастины несколько иные жизненные ценности, и мне бы не хотелось с ней ссориться из-за этого. А поскольку вы мой опекун, я подумала, что могу обратиться к вам за помощью.

Это просто невероятно!

– И вы не подумали, что я тоже пожелаю узнать, зачем вам информация об этих людях?

Марлена плотнее закуталась в шаль.

– Нет. Вы же сами сказали, что эти материалы доступны любому желающему и, возможно, никому не интересны.

Рат нахмурился: опять она его поставила на место! – и, не сдержавшись, раздраженно спросил:

– А вам не приходило в голову, что у меня есть более важные дела, чем копаться в бумажках? Я отвечаю за дела в моих поместьях, занимаюсь бизнесом, а еще я член парламента, где тоже много работы.

– Вы забыли упомянуть о карточных играх, – любезно подсказала Марлена, – бильярде, выпивке в «Уайтсе» и женщинах.

Однако! Ну и язычок! Ратберн скрестил руки на груди и улыбнулся: молодец, такую не запугаешь, – и спокойно согласился:

– По правде говоря, – добавила Марлена, которой этот диалог доставлял куда меньше удовольствия, чем ему, – я не думала, что вы займетесь этой работой сами: была уверена, что поручите кому-нибудь.

А он именно так и поступил.

– Итак, зачем вам нужна эта информация?

Марлена молчала. Легкий ветерок шевелил ее волосы и ленты шляпки, и она так надвинула шляпу на лоб, что из-под нее выпала рыжая прядь и золотом вспыхнула на солнце. Рат с трудом удержался, чтобы не потрогать ее, и вдруг выпалил:

– Вы намерены за кого-то из них выйти замуж?

– Что? – ахнула Марлена.

 – Это абсурд! Разумеется, нет. Я с ними никогда не встречалась, да и они совершенно из другого мира.

Ее удивление было таким искренним, что Рат ей поверил и, успокоившись, все равно спросил:

И опять последовало молчание, только теперь она серьезно задумалась. Но о чем? Намерена она и дальше избегать ответа или все-таки скажет хотя бы часть правды?

– Если вы не ответите на мой вопрос, мисс Фаст, я не отдам вам бумаги, а они, судя по блеску ваших глаз, вам очень нужны.

– Да, иначе я не обращалась бы к вам с просьбой, ваша светлость.

 – Она еще несколько секунд молчала, потом все же решилась: – Думаю, особых причин хранить тайну у меня нет за исключением одной: это не мой секрет, – так что вам придется пообещать мне, что никому ничего не скажете, иначе я буду вынуждена молчать.

Рат удивился: она ставит ему условия.

– Я должен молчать? Не кажется ли вам, что это слишком?

У нее определенно больше отваги, чем у всей королевской армии: вот что значит расти с мальчишками!

– Мне в целом нравится, что вы не выбираете выражений в разговоре со мной.