— Спасибо, — сказал Ло, с нетерпением ожидая, когда официантка исчезнет.

— Я сама. Нельзя же поднимать такой шум из-за…

Марни протянула свою красную, опухшую руку. Двумя пальцами Ло взял кусочек масла и смазал обожженное место.

— Всегда, когда сплю с женщиной, я пользуюсь презервативом, — прошептал он, — обязательно.

Ло втирал масло двумя пальцами в очень чувствительную ложбинку. Расслабившись, Марни чуть не упала со стула.

— Из тебя вышел бы отличный хирург.

То ли от ожога, то ли от прикосновения Ло ее голос стал неестественным, немного охрипшим и более грубым, чем обычно. Когда он массировал обожженный участок, она закусила губу, чтобы не застонать от удовольствия. Его прикосновение вызвало приятные ощущения в животе, покалывание груди, особенно сосков.

— В то время, когда я был с Шэрон, еще никто ничего не слышал о СПИДе, но я всегда пользовался презервативом, чтобы моя партнерша не забеременела. Без этого я бы не стал заниматься любовью и с девушкой, которую встретил на пляже в Кальвестоне.

Ло чудесно массировал руку. С сожалением она отняла ее.

— Значит, ты все еще не уверен, что Дэвид — твой сын.

— Послушай, до сегодняшнего дня я просто не знал о его существовании. Думаешь, я должен слепо верить тому, что ты говоришь?

— Я ничего не думаю, полковник Кинкейд, — ответила она холодно. — Я сказала тебе это еще в пансионате.

— Я же не такой человек, которому безразлично, есть у него сын или нет. Естественно, я не в себе, потому что это очень неожиданно. Ты можешь помочь мне, если прямо ответишь на некоторые вопросы.

Марни отодвинула чашку в сторону.

— Спрашивай. Что ты хочешь знать?

— Как Дэвид может быть моим сыном, если я предохранялся?

— Ты не предохранялся.

— Откуда тебе известно, черт побери? — спросил он, сурово нахмурившись. — Или это была игра? Шэрон забавлялась, а ее младшая сестра подсматривала?

Марни схватила сумку и выскочила из-за стола. Он поймал ее за руку.

— Извини, Марни, я не подумал.

Она высвободила свою руку, но его глаза притягивали ее.

Может быть, потому, что Марни впервые услышала, как он называет ее по имени, она осталась.

— Я понимаю, почему ты не очень-то хорошо отзываешься о Шэрон, — произнесла Марни с горечью. — Она была доступной. Но я-то не заслуживаю твоих оскорблений.

— Мне очень жаль, что я так сказал. И все-таки откуда ты узнала, что произошло там, на пляже?

— Шэрон рассказала, что однажды вы не пользовались… А дело зашло слишком далеко.

— Я слушаю, продолжай.

— Она не хотела, чтобы ты прекращал, и поэтому соврала тебе — сказала, что пьет таблетки.

— Я не помню, — покачал Ло головой, глядя в пространство.

— Весь вечер ты пил пиво.

— Полковник Кинкейд…

— Называй меня Ло, — произнес он сердито.