Эта ситуация расстроила его так, что даже пальцы вздрагивали, которыми он хватался за подоконник, скрывая свои чувства. Но она всё равно видела его неуверенность в себе, которую он прятал ото всех кроме неё, его недовольство собой и уверенность, вбитую годами, что его невозможно любить.

Они часто болтали по вечерам, уложив Амана спать, поэтому и сегодня Эммили пришла к нему на чашку чая, как обычно. И снова видела, что он не находит себе места. И не то чтобы ему так понравилась та девушка, просто он верил в то, что так в его жизни будет всегда и сам завел разговор про отношения.

— Эммили, а ты хочешь семью? Прямо с мужчиной, мужем.

— Нет, Арсель, я никого не смогу полюбить больше, а без любви это ни к чему. Мне никто не нужен.

— Не говори так, ты красивая и очень хорошая, тебе нельзя быть одной.

— Ты красавчик, Арсель, прекрати напрашивается на комплименты. Это на мне клеймо позора, не забыл?

— Мне плевать. И всем тоже. Ты очень, очень красивая... — Он провел костяшками пальцев по её скуле. И это было так просто, без подтекста. — Ты не знаешь, но я полюбил тебя с первого взгляда. Сначала как просто кого-то близкого, родного. Потом как девушку... — Его рука легла на её плечо, прошлась по нему и спустилась на талию. — А я нравился тебе хоть немного? Хоть самую чуточку?

— Ты замечательный...

— Мне неловко говорить тебе это, но… Стань моей женщиной? Я мечтал об этом с момента, когда увидел тебя вновь. Ты невероятная.

— Ты слышала, Эммили. Я хочу этого с тобой.

— Я просто первая, кто проявил к тебе заботу и внимание, прошу не путай это...

— Я тебя тоже, но это другое. Когда ты сам почувствуешь, ты поймёшь разницу.

— Я всегда был никому не нужен, меня никто не любил и не полюбит, кроме тебя.

— Дослушай, пожалуйста. Я знаю, что ты жалеешь меня. И мне ужасно, правда ужасно, просить тебя о таком. Но только с тобой я чувствую себя нужным, любимым. Мне так хочется узнать, каково это…

— Ты встретишь девушку, влюбишься, она полюбит тебя и тогда...

— Я в это не верю. Но даже если так. Мне нужна ты. Разве станет кто-то прикасаться ко мне как ты?

— О, Великий! Арсель, ну конечно...

— Ты меня не хочешь... так?

— Меня скорее в принципе пугает мысль о близости с кем-то.

— Я буду делать всё, что скажешь, как скажешь.

— Я не хочу лишать тебя шанса на нормальные отношения.

— Но я нравлюсь тебе?

— Тогда почему мы не можем... быть вместе? Давай проведем обряд единения судеб?

— Ты знаешь, что мне нельзя. Связь разорвана, но моя несостоявшаяся пара жива, по вашим обычаям мне нельзя проводить этот обряд с другим.

— Хорошо. Плевать на обряд. Я буду твоим, а ты моей. Хочешь? Никогда ни на кого не посмотрю даже. Обещаю. Эммили, мне не нужно ничего другого, кроме как быть семьёй с тобой и Аманом.