— Вот здесь написано, что он ваш.

— Мой? Не может быть такого! — босс попятился. — Должно быть, его просто подкинули. Придумай, что с ним сделать.

— Хочешь стать помощницей или нет? Считай, что это проверка способности справляться со стрессовой ситуацией! Исправь ошибку немедленно!

Ошибка? Да какая же это ошибка?!

Такой сладкий младенец и такой… громкий!

Что же с ним делать?

— Разберись! — прочеканил босс.

— Постойте! Неужели вы не хотите разобраться, почему на груди малыша записка, будто это ваш малыш? — спросила я.

— Тебе интересно? Ты и разбирайся, а я — чайлдфри и детишек не заводил! — возразил хам и хлопнул дверью, прокричав из недр кабинета. — И ради бога, сделай так, чтобы ребенок перестал орать!

Закрытая дверь маячила перед моим носом, как издевка.

Младенец продолжал вопить истошно.

Вот так я и оказалась принята на работу, а со всем остальным я как-нибудь разберусь. Наверное…

— Итак, почему же ты кричишь? — поинтересовалась я, перехватив малыша поудобнее.

Ладонь сразу же наткнулась на влажное.

— Похоже, тебе просто некомфортно. Давай поглядим, может быть, твоя мама оставила тебе подгузник и что-нибудь из одежды?

Я заглянула в переноску. Под тоненьким одеяльцем была припрятана бутылочка со смесью, одна кофточка и запасные штанишки.

Больше ничего! Ни подгузника… Ни даже записки с именем не оставили!

Что за нелюди такие, возмутилась я.

Как-то слишком жестоко бросать малыша вот так! Иррационально!

Или, может быть, это какая-то проверка? Мало ли что…

Вдруг Эмин Муратович ловит помощниц на живца, подсовывает им непростые ситуации и наблюдает за тем, как с ними разберутся потенциальные кандидатки на место помощницы.

Если так, то я должна справиться. Даже если работа окажется временной, то денег Сабитов обещал заплатить немало, а потом я обязательно что-нибудь придумаю!

— Нужно тебя переодеть. Вот только я в этом месте новенькая и совсем не знаю, что где находится. Однако здесь должны быть бумажные салфетки и какая-нибудь ванная, да? Хотя бы раковина?

Разговаривая с малышкой, я обошла приемную, обнаружила бумажные салфетки. Осмотрела приемную.

Стол секретаря был совсем крошечный, помещался только модный моноблок и клавиатура.

Малыша на таком столе никак не положить и не переодеть!

Пришлось опустить ребенка на кожаный диван, пожертвовав свою кофточку вместо пеленки. Ребенок продолжал плакать, по лицу градом катились крупные слезки. Я кое-как стянула мокрые штанишки, подгузник был переполнен, даже по ножками потекло. Внутри, само собой, был наложен обильный "подарочек".

— Аня, ты позвонила, куда я сказал? — раздалось за моей спиной.

Босс! Явился в неподходящий момент.

— Фу! — сморщился он, уловив носом неприятный запах, разлившийся в воздухе приемной.