– Распаляю себя перед случкой, – нарочно двигаю бедрами, показывая процесс. – Мне пофиг кого ебать, а тебе?

Телефон Дауда издает короткий звонок. Внебрачный сын Байсарова отвечает быстро и бросает мне:

В клуб приезжаем быстро. Глубокая ночь раскачивается мощными басами. В помещении сильно задымлено, стоит запах пота, духов, выпивки.

Нам в випку, снятую заранее. Айбика уже расположилась на низком диванчике и раскуривает кальян с травкой.

Остановившись возле нее, плюхаюсь на диван. Айбика предлагает покурить, я лениво отказываюсь.

– Не люблю травку. Начнем?

– Куда-то торопишься?

Айбика царапает коготками ткань моих брюк, совсем рядом с пахом.

Кому не терпится начать, так это ей…

– У меня еще куча дел, а тебе, кажется, нужно вернуться домой и скорбеть по отцу. Разве не так?

– Бизнес, детка. Ничего личного. Давайте не тянуть время зря…

Хочу поскорее отделать от этой тошнотворной игры. Нужно еще решить вопрос с Лилей, не вызывая подозрений со стороны.

– Выйдешь? – киваю Дауду.

Без него проще будет изобразить ситуацию, идти до конца я не собираюсь. Не хочу и не буду трахать Айбику. На камеру будет достаточно и грязного, откровенного танца в ее исполнении.

Раньше бы я смог, без сомнений, отключившись: дырка и дырка, причем с сексуальным телом. Но сейчас что-то ломает меня изнутри, не позволяет. Держит. С хрустом надламывается и болезненно рвется от мысли об измене. Черт. Я влип капитально, потому что после Лилички воспринимаю секс с другой как измену. Отчего-то знаю, что Лиля мне подобное не простит, да и как? Если я сам себя простить не смогу. Если вляпаюсь в это дерьмо капитально, то уже ничем не отмоюсь в своих же глазах, и навсегда потеряю право просить о прощении у Лили.

Я надеюсь, что Дауд свалит. В клубе полно красивых телок, пусть возьмет одну из них и развлечется по полной программе. Но вместо того, чтобы свалить, Дауд снимает пиджак и ослабляет галстук, усаживаясь напротив.

Его глаза мерцают еще ярче. Блять, конченый уебок… Сам дрочит втайне на сестру по отцу и вскрывается от похоти прямо сейчас, от мысли, что ее хорошенько провернут на хуе у него на глазах.

– В штаны не кончи раньше времени, – усмехаюсь.

Он зло поджимает губы и алчно рассматривает Айбику, которая уже активно перебирается ко мне на колени.

Она чем-то накидалась, совсем не соображает, пьяная от дури.

– Расслабься, ты такой напряженый… Мур-мур-мур…

Ее язык скользит по моей шее, а в тонких пальцах усердно зажата трубка. Я все-таки принимаю трубку кальяна, но лишь задерживаю дым во рту, не глотаю его в легкие, передаю Дауду. Он принимает ее и медленно начинает глотать дым.

Айбика шумно дышит и усаживается поудобнее, приподняв длинное платье. Я демонстративно хлопаю ее по заднице в тонких стрингах и снова смотрю в сторону Дауда.