Им нужна не ты, Инга, со своим опытом и знаниями, а тот, кого можно объявить наследником мученика-Глашатая, п-поднять на крест – и оставить висеть на радость воронью.

Телефон завибрировал. Инга скосила глаза. Толик ответил:

Эмпат подумала – и показала сообщение Павлу. Да, личное, но со всеми этими народовольцами, шпионами, Ловчими и ожившими механизмами это – меньшее из зол.

– Тебе стоило п-позвонить.

– Толик не дурак, понял бы все. Мне и так неловко, он столько для меня сделал…

– Соглашайся. Твой п-приятель может знать что-то п-полезное, задумать что-то неприятное или п-просто оказаться хорошим п-парнем на работе у не самого хорошего, и любой из этих вариантов можно обернуть на п-пользу.

Я п-подумаю, как тебя п-прикрыть. П-пиши и п-пойдем. Ярослав ждать д-долго не б-будет.

Инга кивнула и набрала ответ. Допила в два глотка чай и пошла догонять мага, уже покинувшего кафетерий.

Пара лестниц, несколько коридоров, один спуск вниз – и вот эмпат и маг сидят за широким столом, по другую сторону которого – полноватый парень с немного нелепой стрижкой и бегающими маленькими глазками.

Наверное, Инге нужно было злиться, но злиться не выходило.

Слишком уж грустным и испуганным выглядел этот юноша, ее почти ровесник. Жизнь с ним обошлась несладко.

И он мог оказаться причастен к восьми убийствам... Возможно из-за него восемь таких же, как и она, парней и девушек погибли.

– Доброго вечера, – без всякой вежливости пробормотал Ярослав, скользнув взглядом по Инге и Павлу.

То, что этот человек желал оказаться как можно дальше отсюда, было понятно и по тону, и по взгляду, и по позе. Инге почему-то вспомнился один паренек из приюта, Олег.

Больной, живший в приютских стенах едва ли не с рождения. Нелепый, с большой головой, неуклюже ходивший и говоривший только «добрый день» всем, кого видел. Не агрессивный, ни к кому не пристававший, он умел кое-как писать и общался записками. Инга так и не узнала, что с ним случилось, но явно что-то совсем не хорошее.

Разумеется, парень, сидевший сейчас напротив нее, разительно отличался от Олега. Ярославу кто-то принес дорогую рубашку с золотыми запонками – у выставочного центра его схватили в обычной футболке. Стол мешал разглядеть остальную одежду, но наверняка и брюки, и туфли тоже не из дешевых.

Но что-то в нем чувствовалось… что-то, не дающее ненавидеть этого парня.

Началось все довольно скучно. Инга, любитель детективов, часто смаковала описания допросов, но она как-то не предполагала, что в реальности преступнику задаются десятки всяких дурацких вопросов об имени, фамилии, родственниках, возрасте, биографии, дате рождения…

Отвечал Ярослав тихо, с явным страхом, но правдиво. По крайней мере Инга в его словах лжи не ощутила.