На пороге появилась затянутая в застегнутый на все пуговицы халат Лиславская, для чего-то покинувшая свою подвальную лабораторию. Выглядела она крайне недовольной и закрыла за собой дверь с негромким, но ощутимым хлопком.

Химик выразительно посмотрела на Павла, а потом не менее выразительно указала взглядом на негатора, явно сомневаясь, стоит ли говорить при нем.

– Рассказывай, – после короткого колебания решил маг, – между нами это не тайна.

Дверь в коридор закрыта, и, как знать, может свидетельство Андрея в будущем как-то поможет. Мало ли.

И так все знает и хотя бы красную метку не носит.

Вместо ответа Лиславская всунула в руку мага два конверта – и начала закатывать рукав халата.

– Результаты внутри. Двух тестов.

– Двух? – Павел, как и все сотрудники Особого, сдавал образец ДНК при поступлении на службу. – Отец в молодости работал здесь несколько лет, тоже должен быть в базах…

– Двух. Образца Виталия Таврова в хранилище не обнаружено.

Павел уставился на химика.

Дело брата закрыто еще четырнадцать лет назад. Четырнадцать! Кому мог понадобиться образец? Для чего?

– Как такое могло случиться?

Лиславская развела руками.

– Я не работала здесь, когда образец поместили на хранение, а об остальном понятия не имею. Надо идти в архив. Чего я, кстати, сделать не могу, потому что придется рассказывать о твоей просьбе. Ставь давай Печать и я пойду дальше работать.

Печать Павел поставил. Химик ушла, а маг, словно во сне, разорвал оба конверта, вчитался в записи – и спалил все бумаги разом.

– Судя по твоей реакции, у одного из наших детсадовцев теперь будет персональный воспитатель.

Поздравляю, – в голосе Андрея слышались нотки непонятного удовлетворения.

Павел только развел руками.

После того как Даша уехала, он погрузился с головой в работу. Плохой из него получился родитель, и хватило одного раза, чтобы это уяснить. А тут – дядя. Едва ли экспертиза ошиблась… Сначала – снимки ядра, теперь – тест ДНК.

Он не собирался вытирать сопли новоявленной родственнице.

– Никакой я не воспитатель. Инга – взрослый человек…

– Скажи это Кюн, – парировал Андрей.

Инга невидящим взглядом смотрела в стену.

Кафе для сотрудников и посетителей Особого отдела, скромно расположившееся в дальней части холла старого здания сыскарей, пустовало. Чай, самый простой, больше похожий на чайную стружку, еще не успел остыть.

На большее эмпату тратиться не хотелось. Да и после просмотра папки, в которой оказались истории смерти местных сыщиков со всеми подробностями, есть тоже не хотелось совершенно.

Ничего не хотелось. Теперь их вояж казался не просто глупостью, а глупостью невозможной.