Только оказавшись внутри я вспомнила о приличиях и отпустила его руку.

– Ты что-нибудь хочешь? Воды, горячий чай или что-то алкогольное? – уточнил Никита, закрывая за нами дверь.

Голос дрогнул, и я прикусила губу, неуверенно оглядывая вполне себе стандартный номер.

Что я еще ожидала? Что в центре комнаты вместо огромной двуспальной кровати будет стоять батут?..

– Тебе помочь раздеться? – раздался голос Никиты за моей спиной, и я отшатнулась, разворачиваясь.

По его губам пробежала грустная улыбка, что заставило меня устыдиться.

Сама же его недавно практически умоляла его сделать со мной… всякое. А сейчас…

Он, может, ждет меня определенных действий, все же мы в его номере, а я шарахаюсь от него, как от прокаженного…

– Представляю, о чем ты думаешь с таким выражением на лице, – невесело усмехнулся Никита, проходя к шкафу и распахивая его. – Я имел в виду куртку. Всего лишь хотел ее убрать.

Я удивленно опустила глаза на куртку, в ворот которой вцепилась, и почувствовала себя донельзя глупо.

– Прости… Я не хотела обидеть, просто…

Я замолчала, не зная, как объяснить, что чувствую. Особенно после того, что было в машине.

– Прощаю, – с полуулыбкой отозвался Никита, повернувшись ко мне. – Поверь, я рад, что объятия со мной помогли тебе немного прийти в себя, но на большем я не настаиваю.

К щекам опять прилила кровь только от воспоминания о том, что нельзя было назвать целомудренным словом объятия…

Но спорить о терминологии я, конечно, не стала, да и Никита вмешался в мои мысли, произнеся:

– У меня нет подходящей тебе по размеру одежды, но больше – не меньше. Верно?

Я вновь подняла голову и увидела в его руках вешалку с белой выглаженной рубашкой.

– Это мне? – неуверенно уточнила я.

– Я брал в поездку не так много вещей. Гардероб разнообразием не отличается, – мягко отозвался он. – Есть еще свитер, но в нем тебе будет жарко.

Я медленно кивнула и, сделав пару шагов к Никите, забрала рубашку, прижав ее к груди.

В ореховых глазах мелькнуло что-то теплое, согревающие, и мне вновь захотелось оказаться в его объятиях. В обычных объятиях, без всяких пошлостей…

Будто уловив мое желание, Никита сделал шаг ко мне, а я… я опять отшатнулась. Непроизвольно. Просто в какой-то миг испугалась, что ситуация в машине повториться и тут нам уже ничего не помешает продолжить, а я…

Я все же замужем. Пока.

– Можно я приму у тебя ванну? – опустив глаза и кусая губы, спросила я.

Смотреть на Никиту было страшно и стыдно.

После всего, что он для меня сделал, отшатываться от него было просто свинством… Но он слишком сильно мне нравился и волновал, чтобы я не боялась вновь забыться рядом с ним…

Раздавшийся в ответ голос Никиты был неожиданно мягок и нежен… Совсем не такой, каким я его ожидала услышать.

– Конечно, лучик.