Ведь артефакт мы до сих пор так и не увидели. И меня даже начинают терзать смутные сомнения – а есть ли он у вас в наличии?

– Не запрягай, Гаврилыч.

– Не напрягай, Семёныч. Про «деньги-товар-деньги» слыхал?

– А ты меня никак марксизьму учить собрался? Не стоит. Я к наукам не способный. У меня другие таланты.

– Знаю я про твои таланты. Старуху музейную зачем завалили? Сопротивление оказала?

– Жену поучи щи варить.

– Слышь, ты, перхоть! – не выдержал доселе невозмутимо молчавший Валера Сазан. – Пожалей меня, пожалуйста. А то ведь иначе мне придется тебе глаза вынуть. А за это могут и посадить. А оно мне надо?!.. Короче, или быстро гони сюда этого Аниськина, или иди в жопу. Но тоже быстро. Чё мы тут с тобой время теряем?

– Сам-то понял, чё сказал?

– Я говорю: на самом деле папа с мамой его Дионисием назвали.

– Монаха. А Аниськин участковым работал. Кино такое в моем детстве было, не смотрел? А ты, Гаврилыч? Могу вкратце пересказать содержание.

– Век бы слушал… На деньги посмотрел? Слюной напился? С тебя достаточно. Валера, забери кейс.

– А нервишки-то у вас, парни, не к черту. Ладно, после дорасскажу. – Линчевский достал телефон, нажал кнопку и глумливо скомандовал: – Родезия! Приз – в студию! Ах, я и забыл, что ты у нас черт нерусский… Говорю: подваливай сюда с Аниськиным… «Хронику» неси, говорю…

– Видите, Сергей Гаврилыч, с какими папуасами приходится работать? Сплошное бескультурье, – довольно хмыкнул Линчевский. – Да, забыл поинтересоваться. Надеюсь, в ваши дальнейшие планы не входит наша физическая ликвидация в виде поджидающего на выходе снайпера? Согласитесь, ведь это же пошло?

– Соглашусь, – немного загадочно подтвердил Завьялов.

– Пашк, к вам туда пару минут назад один мужик вошел. Полина обратила внимание – очень загорелый.

– Правильно обратила. Это тот самый подельник Линчевского. Я его сразу признал.

– Подсел к этим троим. Сейчас… Передает Завьялову какую-то папку… Так. Он отдает ее охраннику. Тот встает… Лямка, охранник пошел на выход. Посмотрите там с Полиной повнимательнее.

– Предлагаешь сесть ему на хвост?

– Не знаю. Определитесь сами, по обстановочке. Если решите тянуть, я вам на подмогу отправлю Катерину.

– Понял… Вижу его… Мы перезвоним…

– Чёрт! Где же эти есауловские? Второй раз подводят. Здесь всей езды-то от силы десять минут. – Козырев нервно барабанил по столу пальцами и поминутно бросал взгляд на часы.

– Успокойся, сейчас подъедут. Я же тебя предупреждала: пятница, пробки. Да и на Литейном мосту опять какой-то ремонт затеяли… Посмотри, кажется, у тебя звонок.

– Слышу. Вернее, вижу. Это Полина… Ну что там у вас?

– Ребята, они здесь!

– Ребус, Некрасов. А с ними еще один, пожилой.