Главное, что она знала, каким должен выглядеть конечный результат. Осталось только понять, как к нему прийти.

Успокоив свой исследовательский зуд, Александра благополучно сходила с остальными за водой. Лес действительно походил на тропический. Река, из которой люди брали воду, была тихой и спокойной. Вот только Саша знала, что под водной гладью всегда может скрываться опасность, поэтому подходила к берегу со всей осторожностью, готовая в любой момент отскочить назад. Возле реки витал специфический запах, бывающий только около подобных водоемов. Всевозможная мошкара сильно мешала, особенно если учесть, что рядом с рекой водились достаточно устрашающие представители летающей и кусающей братии.

Птицы тоже присутствовали. Саша некоторое время наблюдала за ними, подумав, что можно сделать какие-нибудь ловушки на них и мелких зверьков – это обеспечило бы их дом так необходимым мясом.

Воду донести удалось – ее бурдюк не развалился по дороге. Всего за один раз можно было принести не больше трех литров мутноватой воды. После ее выливали в общественные каменные чаши, из которых каждый брал себе столько, сколько нужно.

Естественно, многодетные семьи потребляли больше воды, но никто даже не думал упрекать их за такой расход. Все дело в том, что здесь такая семья обладала большей властью и уважением. Другие, более мелкие семьи должны были смириться с этим и молчать.

В таких семьях обычно было три или четыре жены и десяток детей. При этом иногда одна или две жены были беременными, а значит, не ходили ни за водой, ни за фруктами. Несмотря на большую смертность, люди все равно поддерживали свою численность, а иной раз и увеличивали ее.

Выходило, что воды такая семья нальет литров шесть, а использует все пятнадцать, если не больше.

С одной стороны, Саша понимала, что такое отношение продиктовано эпохой. Семья, способная родить и вырастить большое количество детей, была в приоритете, ведь люди здесь интуитивно заботились о продолжении рода человеческого. Те, кто не мог плодиться с высокой интенсивностью, должны были стать опорой для тех, кто мог. С другой стороны, сама Александра была человеком иного времени, и такое отношение вызывало отторжение.

Почему она должна тратить свое время и силы на то, чтобы другая семья могла спокойно пользоваться плодами ее труда? Нет, она готова была делать что-то общественно-полезное, то, что принесет в будущем пользу всем людям, но ей не хотелось становиться бесплатным работником более сильных и плодовитых семей.

Отметив все это в мыслях, Саша сосредоточилась на корзине. Подобие плетенки она делала только в детстве, да и то лишь ради интереса и игры. Она никогда не занималась этим всерьез.