Черт. Возьми.

Он кричит так громко, что вены на его шее пульсируют.

Прикладывая руку к груди, я чувствую, как мое сердце колотится под ладонью. Я шепчу:

— Хорошо. — И направляюсь сесть на свою кровать. Что-то подсказывает мне, что сейчас не лучшее время спорить, поэтому не спорю.

Беспокойство охватывает меня. Что-то не так.

Мое сердце сжимается, когда я вижу его холодное выражение лица. Он говорит уверенно:

— То, что происходит, — нехорошо, и это должно остановиться.

В моем носу щиплет, а глаза жжет. Я говорю тихо:

Он машет рукой и бормочет:

— То, что между нами. Я меняю все в себе ради тебя, и мне это не нравится. Так больше не может продолжаться. Мы договорились, что если один из нас захочет покончить с этим, то другой воспримет это спокойно, а я хочу покончить с этим.

В моей груди простирается боль от каждого биения сердца.

Мое сердце разбито. Раскололось на миллион кусочков.

Эш смотрит в пол. Он упирает руки в бедра и встает, говоря:

— Мне нравилось это. Я имею в виду, ты мне нравишься. Просто отношения не для меня. Тебе нужен другой тип парней. Каким я никогда не буду.

Мой желудок сжимается. Поднимаясь с кровати, я выпаливаю:

— Мне нужен только ты.

Он смотрит мне в глаза и выплевывает:

— Я даже не цельный мужчина, Нат. Черт! Я едва ли половина от него.

Подходя ближе к нему, я вытягиваю руку и прикасаюсь к его руке. Затем говорю, неровно дыша:

— Я помогу тебе. Мы преодолеем все вместе, шаг за шагом.

Вырывая свою руку из моей, он кричит:

— Ты не можешь исправить меня!

Теряя терпение, я кричу в ответ:

— Я не хочу исправлять тебя! Я люблю тебя!

Он опускает голову в поражении. Снова упирая руки в бока, он тихо говорит:

— Мне нечего предложить тебе.

Слезы текут по моему лицу. Я говорю ему:

— Твоя любовь — это все, что нужно.

— Я не знаю, что такое любовь, — шепчет он, избегая моего взгляда.

Мы оба стоим близко друг к другу, но я чувствую, будто потеряла его. Но я не потеряю его без борьбы. Я вытираю слезы и тихо спрашиваю:

— С чего все это, Эш?

Он громко выдыхает и мерит шагами комнату. Не отвечая на мой вопрос, говорит:

— Когда мы маленькие, мы просим наших мам проверить монстров под кроватью. Мои монстры были не под моей кроватью. Мои монстры… — он указывает на свой висок, — …мои монстры были рядом. Они все еще здесь. Ты хочешь быть с кем-то таким? С кем-то таким, как Коул? Потому что я хуже, чем он. Ты бы не поверила в то, что я совершил. У тебя были бы мурашки по коже из-за этого.

Гнев вспыхивает в моих венах. Я плачу и кричу:

— Ты не такой, как он! Не говори так! Ты не такой!

Его выражение сменяется чем-то жестоким и темным. Он делает два шага по направлению ко мне и обхватывает руками мое горло, крепко держа. Эш медленно перекрывает мне доступ кислороду, до тех пор, пока я не могу сделать полный вдох. И я позволяю ему.