А утром звонок в дверь. Костя меня в бок толкнул, это соседи, говорит. Ну, я спросонья и не спросила, кто там. Думаю, пусть смотрят, что у нас все чисто, никто их не топил… А там Сэм. Он меня с головой и утопил, – вздохнула Наташа. – Сама во всем виновата. Сама и наказана…

– Только убиваться не надо. Если тебе вправду кофе зарядили, то Сэм все поймет… Значит, белокурая официантка со светло-серыми глазами и полными губками? А что за кафе?

– Я не помню, но могу показать.

– И официантку покажешь?

– Если она там, то да…

– Значит, Костя у тебя только один раз ночевал. Как раз в ту ночь, когда Сэм пришел… И кто ему сообщил, что Сэм должен за тобой ехать?

– Да, наверное, кто-то сообщил.

– А как ему сообщили?

– Не знаю. Может быть, позвонил кто…

– Куда?

– Ну, не ко мне же.

– А у него в квартире телефон был?

– Да был.

– Надо сделать распечатку… Он и с твоего телефона мог звонить. Мало ли что, вдруг уточнить надо было что-то… Он от тебя кому-нибудь звонил?

– Я не видела, но такое возможно. Пока я в душ ходила, он мог позвонить…

– Ну вот, хоть какая-то зацепка… Похоже, ты вправду пришла в чувство.

– Зато ты на грудь принял, – добродушно улыбнулась девушка.

– Да, накрыло… думал все, тупик. Хотя и не факт, что на Бердяева выйду…

– Если долго мучиться, что-нибудь получится. Интересно, где сейчас Сэм?

– Да где-то на Волге.

– С Джемой?

– Да, она была с ним… Джема и в больнице за ним ухаживала…

– Значит, она добилась своего, – горько усмехнулась Наташа. – Сэм снова с ней, а я за бортом… Может, она все это и подстроила?

– Что подстроила?

– Ну, Костю ко мне подослала…

– Э-э… Чтобы ты Сэму изменила?

– А что, такого не может быть?

– В принципе все возможно.

– Однажды она уже пыталась меня убить. Физически. Не смогла. А убить морально смогла…

– Ну, я не знаю.

– И я не знаю. Костю надо найти и вывернуть его наизнанку. Ты сможешь вытряхнуть из него правду?

– И душу вытряхну, и правду, – в напряженном раздумье кивнул Гриша.

– Хорошо бы. Может, Сэм поймет, что я перед ним не виновата.

– Виновата.

– Я слабая женщина.

– Это не оправдание.

– Ты меня презираешь?

– Мне-то что? Ты же не мне изменила.

– Думаешь, Сэм меня не простит?

– Может, поймет.

– Ты же не скажешь ему, что я согласна была с тобой за дозу?

– А ты была согласна?

– Не совсем… Но все было возможно… Мне тогда нечего было терять. И сейчас тоже. Но я больше не буду…

– Я тоже не буду.

– Что «тоже»?

– Я же ноги сделать хотел. Ну, думаю, все равно пропадать, так хоть ночь с королевой проведу. Косячок вот по случаю достал…

– И не стыдно?

– Не-а, не стыдно. Все равно бы не смог… Я Сэма очень уважаю.

– У тебя все равно бы ничего не вышло. И ни у кого больше не выйдет.