Заглянул в приёмную к Остроумову, не застал его, да никого не застал, двери закрыты и опечатаны. Значит, и впрямь, все дела и разговоры переносятся на завтра…

А уже вечером следующего дня мы занимали места в вагоне. Здесь почти мирная жизнь, пассажирские поезда ещё свободно ходят.

Весь сегодняшний день ушёл на хлопоты. На отчёт по командировке, на очень и не очень нужные разговоры, на передачу самолёта. Даже с Дудоровым успел переговорить, подтвердить своё согласие и кое-что обсудить. А сами сборы были короткими. Что нам собирать-то? Почти всё наше основное имущество, которого, честно сказать, совсем не много, остаётся здесь, в нашей комнатке, с собой забираем самое необходимое, повседневное и рабочее. В столице работы будет очень много, на гулянки времени не останется. Это я так с утра думал, чуть позже пришлось переменить своё мнение.

Да, а для бани мы всё-таки сумели выцарапать время. Пусть и немного получилось этого времени, но нам с Михаилом хватило. Собрались, долетели галопом до нужного нам заведения, оплатили вход в отдельный кабинет и поднялись по лестнице на второй этаж. Ну а там как обычно — расслабились, попарились и отмылись, наконец-то смыли с себя многодневную грязь и душу отвели. Отдельный-то он отдельный, этот кабинет, но парилка, как ни крути, общая, одна на всех.

И Остроумова утром выловил, надеясь переговорить накоротке и по-быстрому с инженером-инспектором. О сделанном мне предложении и об отчислениях с патентов. Это сейчас самое для меня основное, потому как некое чувство вины за единолично принятое решение на душу давит. Короткого разговора не получилось, пришлось задержаться, докладывать и рассказывать. Подробности разговора пересказывать не хочу, да они никого и не интересуют. Главное, расстались мы по-дружески. Не навсегда, само собой, а на время моего отъезда. Сам инженер ещё долгое время будет находиться здесь, в городе, поэтому ещё встретимся. А с отчислениями я пролетел. Рано ещё.

Заглянул через приоткрытую дверь в оперативный отдел, народу внутри много, и очевидно, что сейчас туда лучше не соваться. Позже зайду. Перехватил взгляд Александра Васильевича, жестами обозначил просьбу зайти чуть позже, получил в ответ согласный кивок. Вот и хорошо. Они тут что, всю ночь проработали? Прихватил в канцелярии тоненькую стопку чистой бумаги — дома отчёт напишу.

Вот этим делом как раз до бани и занимался, ломая голову и давая краткую выжимку из наших похождений. Да ещё нужно было как-то грамотно обосновать принятое мною решение на перелёт в действующую армию. Написал, по дороге в баню занёс в штаб, передал лично в руки Александру Васильевичу. И быстренько испарился, потому как чувствовал, что одним рапортом не отделаюсь, обязательно придётся дополнять его рассказом.