— Должны? Кому это я что-то должна? Тебе? Или людям, которых я тут не наблюдаю? Мне вполне удобно, меня никто не видит и мой внешний вид не оскорбляет совершенно посторонних людей. Если тебя смущает мой наряд, то попросту отвернись или лучше вернись в избу.

— Да нет, я ведь… просто мне говорили, что у людей не принято… так.

Вот опять. Секунду назад Эйнар казался взрослым и уверенным в себе мужчиной, а сейчас покраснел, смутился и выглядит как неопытный юнец, которого отчитывает за проказу школьный учитель.

— Кстати, — я уже остыла, потому что мне показалось кощунством злиться и дальше на существо, которое всем своим видом показывает неловкость. — Ты не расскажешь мне, кто ты такой?

— В смысле? — видимо, я не так выразилась, раз он не понял.

— Раса твоя? Я просто впервые вижу не человека, поэтому никак не могу определить, к какой ты расе относишься. Мои знания слишком скудны и их не хватает для определения.

— А, вот ты о чём. Тёмный эльф.

— Хм-м-м, — я придвинулась чуть ближе — сидели мы на самодельной лавочке, состоящей из доски и пары чурбачков.

Эйнар попытался отодвинуться, но я бульдожьей хваткой вцепилась ему в руку. Он вспыхнул сильнее и отвернулся.

— Что такое? Дай взглянуть на тебя поближе. Я никогда эльфов не видела. Раньше ты был почти полутрупом, поэтому было не так интересно, а сейчас цвет лица выровнялся, глаза стали такими живыми и красивыми. Правду, значит, говорят, что эльфы красавчики. Кстати, а вампиры у тебя в роду были?

— П-почему вампиры? Они же не могут иметь потомство. Ты слишком близко. Так не принято.

— Не принято? Глупости, я ведь ничего такого, просто посмотреть, да и только. К тому же мы ведь разных рас, так что ничего страшного. Думаю, что раз у вас такие мужчины, то девушки должны быть просто писанными красотками, так что моё человеческое тело тебя вряд ли заинтересует.

Эйнар странно вскинулся и от резкого движения чуть ли не свалился с лавочки. Всё-таки он напоминает мне подростка.

— Очень просто, — я отодвинулась, насмотревшись. Красивый зараза, я таких ещё не встречала. Вокруг меня в прошлой жизни часто крутились красавчики, так как все хорошо знали кто мой отец, поэтому на них у меня выработался своего рода иммунитет. Но Эйнар слишком симпатичный. Опасно. Потянувшись, зевнула так, что чуть челюсть себе не вывихнула. — Когда постоянно окружён божественными красавицами, все остальные кажутся серыми мышами.

— Это выражение такое, бестолочь! Означает нечто средненькое и не особо привлекательное. Хотела спросить, сколько тебе лет и чего делаешь в империи?

Эйнар заметно напрягся, потом окинул меня взглядом, будто пытаясь выяснить — можно мне доверять или не стоит.

— Мне семьдесят в этом году исполнилось…

— Сколько? — честно, я была очень удивлена.