Читаут открылся враз, широкий и серебристый, мерцающий разноцветными мелкими искорками. Впереди морозно дымилась Громотуха. Конь приседал на задние ноги. Баженов крепко вцепился в гнутую обводку кошевы.

- Вы знаете, я больше десятка лет провел в лесах около рек. Урал, Карелия, Печора, Кама... Но то, что я вижу сейчас, не столько красотой, сколько величавостью своей превосходит все, абсолютно все, - говорил он, показывая на синеющие за рекой Ингутские перевалы. - Это действительно Сибирь! Какая-то особенная, щедрая и богатая! Еще когда я летел сюда из Красноярска, над тайгой, я думал: не удивительно, что лес в Сибири плохо берегут.

И в самом деле. Кто бережет в пустыне песок? А здесь лесу - все равно что песка в пустыне. Да, да, потому и очень правильны и понятны сомнения Анкудинова. Двадцать восемь тысяч кубометров, замороженных здесь, у вас, в балансе природы - абсолютный нуль.

И тогда Цагеридзе все-таки не сдержался:

- Неважно знаю бухгалтерию, неважно знаю арифметику, но не могу себе представить такого равенства: двадцать восемь тысяч равны нулю. Двадцать восемь тысяч - всегда двадцать восемь тысяч.

Даже в балансе природы. В балансе же заполярного комбината, которому мы вовремя не доставили лес, они значат и еще больше.

- Вы говорите так, Николай Григорьевич, словно бы Читаутский рейд единственный в стране, кто провалил свои поставки, - спокойно возразил Баженов. - Не следует впадать в излишний драматизм. Нарушение поставок частью предприятий столь же естественное и неизбежное явление, как бесполезная растрата пара во время работы локомотива. Кпд паровых машин, да и любых машин, никогда не достигнет единицы! Кругооборот взаимных поставок в народном хозяйстве, этот кпд, также никогда не будет равен единице.

И это нужно принимать, как некий неписаный, но твердо действующий экономический закон. Вот вы боретесь за миллион, в своей докладной вы даже пишете слово "миллион" с большой буквы... А вы не читали - в газете "Правда" была напечатана заметка, - не читали о том, что замена точеных деревянных катушек для ниток катушками, литыми из пластмассы, принесет стране ежегодно пять миллионов экономии. Но между тем катушки по-прежнему выпускаются деревянные. Какие-то кондукторши на междугородных автобусах, кажется где-то в Прибалтике, за один год навозили "зайцев" на полтора миллиона рублей! И это будет делаться всегда. Такова жизнь. Прикиньте, сколько таких "заячьих" и сколько "катушечьих" денег недополучает страна ежегодно? Что там ваш несчастненький миллион! Миллион, Николай Григорьевич, даже в начале строки, после точки, в наше время, к сожалению, следовало бы пока еще писать с маленькой буквы.

Цагеридзе прорвало снова. Хотя он себе и приказывал молчать, молчать и только слушать.