Помнишь даже, о чем думал, пока говорил с ним. Это только имена подводят и со временем забываются, когда мозги начинают зарастать мхом.
– Ты помнишь, о чем ты думал, когда его допрашивал?
– Почему ты сейчас меня об этом спрашиваешь? – Эйлерт прищурился, его взгляд был все таким же пытливым, как и раньше.
– Между нами восемь лет разницы, – сказала Эйра, – я тогда была еще ребенком, а потом мы ненадолго потеряли друг друга из виду. Мне нужно знать, какой он на самом деле, мой брат.
В душе она надеялась, что Магнус не станет материалом для выпуска новостей на завтра или послезавтра.
– Тебе когда-нибудь приходило в голову, что это мог быть он? – спросила она.
– Нет, мы ведь довольно рано убедились в виновности Улофа Хагстрёма. У нас имелись доказательства и свидетели… Все было ясно как божий день.
– Я имею в виду еще раньше, в первые дни после исчезновения Лины. Ты помнишь, о чем подумал тогда?
– Хм. Возьму-ка я себе виски. Обычно он помогает мне прочистить мозги."
"Когда он исчез в доме, до Эйры внезапно дошло, что она почуяла характерный запах спиртного, когда только приехала сюда.
– А, я и забыл – ты же за рулем, бедняжка, – огорченно протянул Эйлерт, когда вернулся обратно с бокалом и бутылкой односолодового виски «Хай Коуст». Он налил себе и сел, крепко держась за стол.
Тихий сдержанный стон, затаенная внутри боль, на которую он старался не обращать внимания.
– Разумеется, сначала мы нацелились на ее парня. В таких случаях подобных типчиков подозревают в первую очередь наравне с теми, кто уже успел засветиться перед законом и так далее… Между ее приятелями ходили разговоры о том, что он ревнив.
– Именно что спрашиваю.
– Не было в нем этого.
– А на самом деле?
– Ничего. Я ошибся.
Комментарии
Добавить комментарий