Ублюдок контролировал его.

— Ливи? — мягко подсказала Ли, убирая волосы с лица девочки. — Ты бы использовала свой единственный ход, чтобы обратить отца?

— Угу, — просто ответила Ливи, и наклонилась к женщине. — Я хочу, чтобы Жанна Луиза вернулась. Папа был счастлив с ней. Она и меня осчастливила. И я не хочу, чтобы папа умер.

— Ладно. Вот что мы сделаем, — объявил Люциан, вставая.

Пол попытался встать и возразить, но не смог.

— Ли, дорогая, почему бы тебе не отвести Ливи в машину? Я выйду через минуту.

Ли кивнула и встала, взяв Ливи за руку, чтобы вывести ее из столовой.

Пол смотрел им вслед, больше смущенный, чем расстроенный. Он думал, что они попытаются заставить дочь обратить его. Похоже, что нет. Он испытал одновременно облегчение и разочарование. Он хотел, чтобы его обратили, это дало бы ему все, что он хотел, и Жанну Луизу, и Ливи. Счастливая семья. Он просто не хотел, чтобы Ливи пришлось это делать или потерять свою очередь.

— За какого больного ублюдка ты меня принимаешь? — с отвращением рявкнул Люциан, как только женщины ушли. — Я бы не стал заставлять пятилетнего ребенка рвать себе запястье, чтобы обратить отца.

Пол моргнул, услышав это замечание. — Я… — Он замолчал, с удивлением обнаружив, что снова может говорить. Люциан потерял над ним контроль. — Тогда зачем вы заставили ее ответить на такой вопрос?

— Потому что ей пришлось согласиться, — сухо ответил Люциан. — Ей пришлось устно отказаться от своего единственного обращения при свидетелях.

— Ей пять лет, — удивленно сказал Пол. — Вы не можете ее удерживать.

— Я могу и сделаю это. Но я буду делать поворот для Ливи, — просто сказал Люциан. — Я физически сделаю поворот, но это будет считаться ее одним поворотом.

— Нет, — твердо сказал Пол. Он не мог взять очередь дочери и, возможно, оставить ее в таком же невыносимом положении в будущем, перед лицом смертной пары, на которую она никогда не сможет претендовать.

— Разве ты не хочешь Жанну Луизу? — просто спросил Люциан.

Пол помолчал. Очень соблазнительно. У него могут быть Ливи и Жанна Луиза. У него могло быть все, все, о чем он только мог мечтать: красивая, полная жизни жена и здоровая, счастливая дочь. Будущее, которое казалось таким радужным, каким только могло быть. На самом деле, у него было бы все. Вместо этого он потерял все.

— У тебя все еще есть Ливи.

Пол, нахмурившись, поднял глаза. — Да, конечно, — пробормотал он. Нахмурившись от собственных мыслей. Конечно, он не все потерял. У него все еще была Ливи. Месяц назад этого было бы достаточно. Почему сейчас этого недостаточно? Почему его жизнь кажется такой бессмысленной без Жанны Луизы?

— Ты всегда можешь лишиться единственного шанса на свою дочь, — спокойно сказал Люциан.

Пол пристально посмотрел на него.