Пару пилот—навигатор подбирали тщательнее, чем супружескую, ибо от этого зависело, будет ли рабочее время уходить на управление кораблем или на перебранки, как именно, по мнению каждого, это следует делать.

– Ничего, подыщем кого-нибудь,– утешил Николай.– На худой конец, киньте заявку на сайт вакансий – к утру не меньше десятка набежит.

– А если нет? Вылетать-то уже в полдень! – Станислав терпеть не мог, когда жизненно важные дела приходилось решать на бегу в последнюю минуту.

– В принципе до Степянки я и в одиночку могу маршрут проложить,– не очень уверенно, но самоотверженно предложил пилот.– Не оптимальный, конечно, но как-нибудь доберемся…

– А обратно? – дотошно уточнил капитан. (Тед почесал макушку и неопределенно пожал плечами.) – Нет, все равно придется кого-то нанимать, иначе в открытый космос не выпустят. Да, а что там с учеными? Они когда появятся?

– Перед самым отлетом,– сообщил более обстоятельный Вениамин, не выпускавший из рук договор и изучавший его при каждой свободной минутке.– А станцию уже вот-вот должны подогнать.

– Четыре человека. С командой, значит, девять. Кают вроде хватает, проверить только койки и белье…

– Ладно, время не ждет, так что давайте за работу! – перебил Станислав, справедливо спохватившись, что командовать (а потом и отвечать за результат) на судне полагается все-таки капитану.– Николай с Михалычем проследят за стыковкой, Вениамин – на тебе медотсек, проверь наличие приборов и медикаментов и составь список недостающего. Красным шрифтом – жизненно необходимое, черным – второстепенное. Теодор, сможешь рассчитать и заказать провиант?

– Да, капитан! – Пилот с готовностью упал в кресло за пультом и мигом обвесился вирт-окнами – полез в сеть смотреть нормы на человека и сайты поставщиков.

– И заявку на навигатора заодно кинь. А я пошел оформлять разрешение на вылет,– вздохнул Станислав, предвкушая ругань с чиновниками и тоску смертную в очередях.

Но толика безумия обычно не мешала экипажу (при соблюдении некоторых правил безопасности, разумеется!) наслаждаться здесь ощущением спокойствия и уюта. Обычно – но не сейчас.

– Я правильно понимаю,– медленно и веско произнес Винни,– что для разгребания последствий одной авантюры ты предлагаешь нам сунуться в другую, еще более безумную?

– А мне нравится,– пискнула из глубины антикварного земного кресла Джилл. На фоне темной кожаной обивки она казалась особенно маленькой и хрупкой, эдакая светловолосая куколка с мальчишечьей стрижкой.– Это же так романтично!..

Сакаи вздохнул. Приступы романтичности у Мисс Отвертки случались примерно раз в месяц. Обычно все начиналось и заканчивалось стиркой любимого безразмерного – то есть на два размера больше, чем надо,– рабочего комбинезона.