На выходе из кабинета он обернулся и с приклеено-радостно улыбкой пожелал:

— Счастливой поездки!

Новой работы перед уходом Шеф не дал. Так что Кира с чистой совестью, здоровой злостью и стаканом сцеженного яда занялась набором профессиональной лексики. Наушники решили проблему аудирования и взаимодействия с окружающим миром. Парни поглядывали на Новикову с любопытством, но наушники мешали им задать вопросы, чем защищали ее от неловких ответов. Тем более что на некоторые вопросы и у Киры ответов не было. Например, что это такое было и чем объяснить эту странную реакцию Кости на командировку.

Сам туда собирался, а подчиненная дорогу ему перебежала? А теперь всё! Пошли все эти ехидны, гадюки, жабы и прочий зоопарк на каникулы! Кира едет отды… — то есть, работать в Сеул. И вовсе даже не хостес, как некоторые могли бы подумать о девушке, которая едет работать в Сеул. А если некоторые думают, что всё же хостес, то пусть идут вместе с зоопарком… на каникулы. Вот.

На обеде Новикова отбилась от коллег, сказав, что ей еще кое-что нужно подкупить перед поездкой. На самом деле, всё было проще. Но не рассказывать же мужикам, что теперь у нее дома есть еда.

Много еды. Не поймут. Или в гости напросятся. Жаба этого не одобряла.

Так тихо и мирно прошел день. Вечером Кира еще раз проверила список того, что необходимо взять с собой, и приступила к сбору чемодана. На всякий случай захватила пачку прокладок. До «красных дней календаря» по графику оставалась еще неделя, но все эти перелеты… В дорогу она выбрала практичные джинсы, которые сейчас крутились в стиралке, с не менее практичной темной футболкой. Еще одну она положила поближе. На сменку — вдруг с ней случится приступ «свинки»? Туда же, в легкий рюкзачок, упал зонтик, боекомплект косметики, документы, бумажные платочки и влажные салфетки… Вроде всё?

Новикова оглядела комнату в поисках оставленного, проверила список на предмет не вычеркнутого… И в этот момент в дверь позвонили.

Настойчиво.

Кира посмотрела в глазок. В подъезде был Мишель, печальный и небритый. Он стоял, уперевшись лбом в согнутую правую руку, а бедром — в стену. Картины «Снова двойка», «Возвращение блудного сына» и «Приплыли» в одном полотне талантливого, но малоизвестного художника Михаила Воронцова.

Хотя «Приплыли» совсем не о том… Новикова открыла.

Арт-директор молчал.

— У меня что, на двери написано «Квартира открытых дверей. Заходи, кому не лень»? — спросила Кира.

Воронцов поднял на нее жалобный взгляд.

— В субботу Геннадий Николаевич, свет его, Колчевский, теперь, вот, вы… Мишель… — продолжила она, не торопясь впускать гостя.

— Гена — по делу, — возразил блондин с видом побитой болонки. — А у меня трагедия…

— А-а-а… — протянула Новикова, не двинувшись с места.