Вас всюду принимали за скучающего бездельника, и никто не догадывался о вашем истинном амплуа! Уверяю вас, если бы французы знали, с кем они имеют дело, то наверняка…

— Засадили бы в тюрьму? — скривился Савелий, подыгрывая незнакомцу.

Мужчина лишь махнул рукой:

— Что вы! Они очень оригинальный народ, — брали бы у вас автографы. Здесь падки на разного рода сенсации, тем более если они имеют криминальный душок.

Савелий снисходительно улыбнулся:

— Молодой человек, у вас очень богатая фантазия. А вы не пробовали случайно заняться сочинительством? Уверяю вас, вы имели бы большой успех.

Серенький клерк оставался серьезен.

— Вы напрасно иронизируете. Разрешите, я продолжу.

Родионов взглянул на часы, а потом произнес:

— Право, это меня слегка забавляет… У меня есть еще десять минут свободного времени, и я готов вас послушать, — и посмотрел на болонку, возле которой увивался породистый серебристый пудель.

Незнакомец размеренно заговорил:

— Вы очень талантливый человек… — Савелий Родионов лишь усмехнулся, как бы говоря: «Кто бы спорил!» — И к тому же очень деятельный. Жизнь добропорядочного рантье вам изрядно наскучила, и вы решили расшевелить застоявшуюся кровь привычным делом… а именно выпотрошить банк. И, судя по тому, что ограбление состоялось, а преступник до сих пор не пойман, вы, как всегда, преуспели.

Савелий Родионов всегда считал себя неплохим физиономистом и, как ему казалось, по строению черепа, разрезу глаз, по форме носа мог без труда определить характер человека. Но в этот раз он явно ошибался, приняв молодого человека за мелкого служащего, причем из тех, что стараются угодить начальству. Нет, перед ним находился авантюрист редкой пробы, играющий только по-крупному. Как опытный игрок, он сумел рассчитать все возможные комбинации, держа в рукаве парочку убойных тузов. Савелий обхватил набалдашник трости ладонями и сдержанно произнес:

— Все эти ваши фантазии… не имею чести знать вас…

— Чернопятов, — приподнял молодой человек шляпу. — Георгий Сергеевич. Можно просто Георгий.

— Я вам хочу сказать… дорогой мой… Жорж, даже если банк ограбил я, то у вас нет никаких доказательств.

Чернопятов сдержанно улыбнулся:

— Это не совсем так. Не буду скрывать, я вас сфотографировал выходящим из банка. Если эти фотографии попадут в руки французской полиции, то может возникнуть масса неприятных вопросов.

Родионов ковырнул тростью песок, и болонка, испуганно тявкнув, отскочила.

— Хм… Я вас не совсем понимаю. Если вы меня не шантажируете и вам не нужны деньги, тогда чего же вы от меня добиваетесь?

Серый клерк смущенно улыбнулся:

— Насчет денег не совсем так… Кому в наше время они не нужны? Просто я хотел сказать, что у меня к вам имеется весьма деловое предложение.