Ее вымыли, и надушили, и нарядили в платье, роскошнее которого она в жизни не видела. И сейчас она чувствует себя...

Опустошенной.

Ей трудно было представить, что о ней думает Грегори. Она намеренно позволила ему думать, что собирается отменить свадьбу.

Разве она смогла бы объяснить ему свои мотивы? Он стал бы убеждать ее, что у нее есть выход. Но ведь он идеалист, и он никогда не сталкивался с настоящими неприятностями. А выхода-то у нее нет. В этой ситуации. Она не может пожертвовать своей семьей.

Люси приоткрыла глаза и тяжело вздохнула.

В сознании неотступно стучало: «Я справлюсь.

Справлюсь. Справлюсь».

Возможно, все будет хорошо. Возможно, она будет счастлива. Нужно просто продолжать двигаться вперед, мысленно и телесно. Ей нужно просто переступить черту, перейти в другое качество, оставить Грегори в прошлом и делать вид, будто ее радует новая жизнь в роли жены лорда Хейзелби."

"– Люси? – услышала она обеспокоенный голос Гермионы. – Что с тобой?

Но у Люси не было сил поднять глаза. Гермиона попросила Ричарда оставить их с Люси наедине, взяла руки подруги в свои и, наклонившись вперед, зашептала:

– Люси, ты уверена, что хочешь всего этого?

Люси удивленно посмотрела на нее.

Почему Гермиона спрашивает ее об этом? Именно в тот момент, когда ей очень хочется сбежать?

Люси сглотнула и попыталась расправить плечи.

– Да, – ответила она. – Да, конечно.

Гермиона промолчала. Но ее глаза – огромные зеленые глаза, сводившие с ума мужчин, – ответили за нее.

Люси снова сглотнула и отвернулась, не желая видеть то, что было в этих глазах.

И тут Гермиона произнесла:

– Люси.

И все. Лишь «Люси».

Люси повернулась к ней. Ей хотелось спросить, что Гермиона имела в виду.

Ей хотелось спросить, почему она произнесла ее имя так трагически. Но не спросила. Не смогла. И понадеялась, что Гермиона сама прочитает эти вопросы в ее глазах.

Гермиона погладила ее по щеке и грустно улыбнулась.

– В жизни не видела более печальной невесты.

Люси прикрыла глаза.

– Я не печальна. Я просто чувствую... Я чувствую себя так, будто прощаюсь.

Ее слова явно удивили Гермиону.

– С кем?

– С собой.

Да, она прощается с собой и с той, какой она могла бы стать.

Тут появился Ричард и взял ее за руку.

– Пора начинать.

Люси кивнула.

– Где твой букет? – спросила Гермиона и сама же ответила: – Ой, вот он. – Она взяла со столика букеты – свой и Люси – и подала один из них невесте. – Ты будешь счастлива, – прошептала она, целуя Люси в щеку. – Ты должна быть счастлива. Я просто не смирюсь, если ты не будешь счастлива.

У Люси задрожала нижняя губа.

– О Боже! – всплеснула руками Гермиона. – Я говорю уже совсем как ты. Видишь, как ты на меня влияешь?

Поцеловав подругу еще раз, она пошла в церковь.

– Теперь твоя очередь, – сказал Ричард.