Александр открывает мне пассажирскую дверь и я, фыркнув, забираюсь в машину.

В салоне стоит такой же запах, как и от ткани. Что–то похожее на бергамот, иланг–иланг и табак. Аромат приятно щекочет мне ноздри, и я поглубже зарываюсь в него всем телом.

Александр открывает водительскую дверь, и садится рядом. Заводит машину, нажимает какие–то кнопки на панели, и в салон проникает тепло. Он пристёгивается и вопросительно смотрит на меня. Я неловко тяну ремень безопасности и вставляю его, куда надо. Машина плавно трогается с места, и салон наполняют мягкие мелодичные звуки классической музыки.

Александр не отвечает, просто молча, выезжает с парковки, и сворачивает на Гонсиори.

– А вы? – вырывается у меня, и я моргаю от неожиданности.

– Вы живёте в гостинице? – мои глаза округляются и челюсть отвисает от удивления.

– Это, конечно, не моё дело, но почему вы не купите или снимете себе жильё?

– Не хочу. Мне удобно в гостинице, – он поворачивается ко мне, встав на светофоре, – Вы живёте одна?

– Хотите напроситься на чай?

Твою мать, что я несу?

Босс коротко смеётся, загорается зелёный, и он выезжает на Лаагна тээ.

– А вы пригласите? – невозмутимо спрашивает он.

– Я живу с мамой, – поспешно отвечаю я на его предыдущий вопрос, – Мне всего восемнадцать, если вы забыли.

– В вашем возрасте, я уже снимал квартиру, – босс пожимает плечами, и его лицо принимает суровое покровительственное выражение.

– Ну, а я не хочу. Мне удобно с мамой, – отвечаю я так же как он, и довольно ухмыляюсь.

– Резонно. Наверное, мама не обрадуется гостям в такое время.

Не то слово, как не обрадуется. Особенно, если гость – её ровесник.

– Алиса, я хочу извиниться за сегодняшний эпизод в кабинете, – неожиданно говорит Александр, и я вздрагиваю, – Я не хотел вас смутить.

Я сглатываю и приподнимаю брови:

– Вы меня не смутили, скорее… – делаю паузу, подбираю подходящее слово, – Озадачили. Поднимитесь здесь на мосту, – киваю рукой на мост Смуули, и он послушно заезжает на плавный подъём, – На перекрёстке налево.

– Я вас не смутил? – продолжает он дурацкий разговор о моих чувствах.

– То есть, для вас привычно, когда вас трогают мужчины? – он спрашивает это с ноткой раздражения в голосе, и я прыснула

– Я не девственница, если вас именно это интересует.

Босс шумно выдыхает и сворачивает на перекрёстке налево. Проезжаем по улице Пунане, мимо заправки. Скоро я буду дома. От этой мысли мне становится хорошо.

– На светофоре налево, – снова командую я, и он кивает, не отрываясь от дороги.

Быстро добравшись до моего дома, девятиэтажки Горбачёвских времён, я с надеждой смотрю на родные синие лоджии. Александр останавливает машину во дворе, аккурат между подъездами.

– Алиса, мне, правда, очень жаль, что я позволил себе лишнее.