Мой здоровяк опустился на одно колено и посмотрел на меня своими прекрасными карими глазами цвета кубинского кофе. Он сунул руку в карман и вытащил бархатную коробочку. Когда он открыл её, я сразу поняла, зачем ему понадобилось покупать это кольцо.

— Хизер Луиза Чедвик, не окажешь ли мне честь стать моей женой? Ты выйдешь за меня замуж?

Сверкающий круглый бриллиант был украшен с обеих сторон прекрасным опалом — моей сестрой, падшим ангелом, который свел нас вместе. Обычно я избегала мыслей о ней, но в этот момент я позволила себе почувствовать ее присутствие. Оно согрело меня, когда солнечный свет осветил камни. Моя сестра была здесь со мной.

Прижав руку к груди, я изо всех сил старалась подобрать слова. — С того момента, как ты вошел в мою жизнь, все остальное перестало иметь значение. Это чувство только усилилось. Я очень давно хотела стать твоей женой, даже дольше, чем мне следовало бы признать. Черт возьми, я бы сказал "Да", если бы ты спросил меня в Нью-Хэмпшире. Я без ума от тебя. Поэтому, да — ответ да! Я начну это приключение с тобой сегодня, завтра и навсегда.

ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ГОДА СПУСТЯ

Сегодня мы праздновали двадцать пятый день рождения Хизер. Не буду упоминать о том, что сейчас мне было тридцать девять и я флиртовал с цифрой сорок. Казалось, только вчера мы отпраздновали ее двадцать первый день рождения. У нас в морозилке, рядом с лотками со льдом, все еще лежал торт "Полтергейст". Из Нью-Хэмпшира в Пенсильванию он добирался в холодильнике. Почти уверен, что эта штука переживет всех нас.

Хизер уже наполовину закончила своё обучение на медсестру. Она поступила в Вест-Честерский университет неподалеку от нашего дома вскоре после того, как мы вернулись из путешествия. Когда она не училась, она либо работала барменом в ресторане неподалеку, либо помогала мне с административными делами в моей студии.

Самой большой переменой в последнее время стало то, что мать Хизер переехала жить к нам в Пенсильванию. После нескольких лет присмотра за Элис, Кэти надоело жить с сестрой. Она сказала, что очень скучает по Бостону и хочет вернуться в город. Незадолго до отъезда Кэти, Хизер и ее мать продали дом в Нью-Хэмпшире. В то время как Элис чувствовала себя лучше, чем в прошлые годы, Хизер все еще беспокоилась о том, что она живет одна. Я знал, что она не хочет спрашивать меня, может ли Элис переехать к нам. Так что я избавил ее от хлопот и предложил это первым, сделав вид, что это была моя идея.

Это означало, что Толстоголовый теперь тоже жил с нами. С собакой, почти тещей и морскими свинками, у нас был полный дом. Но я знал, что Хизер чувствовала себя более лучше с мамой рядом. Ей больше не нужно было беспокоиться о ней издалека. Так что внезапный переезд Элис того стоил.