Удивительно, какими крохотными сейчас умудряются делать эти устройства. За все время ты даже не заметил его в моем кармане.

– В следующий раз не забуду тебя обшмонать, – язвительно бросил Грант. – Зачем тебе эта запись, Мэнди?

– Хочу пересмотреть условия нашего договора.

– Считаешь, что должна получить больше половины?

– Считаю, что имею право получить все.

– С какого перепугу мне на такое соглашаться?

– Если не согласишься, я пойду с пленкой к Ходжесу и выложу ему, что это была твоя идея.

– Так он тебе и поверит.

– Когда мужчины думают причинным местом, они многое принимают за чистую монету.

Кроме того, сенатору не придется верить мне на слово. – Мэнди потрясла перед сообщником магнитофоном. – Вот здесь у меня все записано. Мне, кстати, нравится, как этот краткий инструктаж преподносит дело – будто шантаж был именно твоей задумкой, будто тебе даже пришлось уговаривать меня. Само собой, именно это я и расскажу Ходжесу в случае чего. И полиции расскажу.

Грант понимал, что должен занервничать. Возможно, даже запаниковать. Вместо этого он почувствовал, как внутри разгорается пламя холодной ярости.

А еще ощутил странное спокойствие.

– Я своей половины не отдам.

– Половины… – с издевкой фыркнула Мэнди. – Да ты и десятой части этих денег не заслуживаешь. Это я все придумала. Я сделала всю работу. Ты требовался мне только для подстраховки, что Ходжес не обратится в полицию. А ты и так об этом позаботишься, если не хочешь загреметь на двадцать лет за шантаж политика государственного масштаба. Потому что если сяду я, уж поверь мне, ты сядешь тоже, – и стерва сверкнула улыбкой: – Прости, пупсик. Но, как говорилось, это разовая сделка.

Я должна воспользоваться своим шансом по полной.

Она была так горда собой. Так горда и уверена, что взяла верх.

Ломбард стоял, нацелив на Мэнди пистолет, и в голове у него билась одна-единственная мысль.

Его не перехитрит какая-то никчемная шлюха.

Та сунула магнитофон обратно в карман халата и равнодушно взглянула на руки телохранителя:

– Можешь убрать свою пукалку, Грант. Мы оба знаем, что ты в меня не выстрелишь. – Затем развернулась к нему спиной и направилась в ванную.

Ломбард полез под блейзер и вернул оружие в наплечную кобуру.

– Ты права, стрелять я в тебя не стану. – Без предупреждения он бросился на сообщницу – радуясь, что этого поворота она не предусмотрела, – схватил ее за горло и швырнул на постель. Мэнди приземлилась с такой силой, что кровать громко стукнула об стенку. Прежде чем девка успела закричать, Грант напрыгнул на нее сверху, бахнув кроватью об стенку во второй раз, придавил и зажал ладонью рот.

– Ты не знаешь, с кем шутишь. И должна понять, сука, кто тут главный, – прошипел он.