ФБРовец поднял глаза на сбегавшую вниз по ступенькам Камерон. Увидев Палласа, она остановилась на площадке между первым и вторым этажами и с облегчением привалилась к стене. Джек осознал, что они с Ломбардом, должно быть, пролетели как раз мимо нее.

Потрясенно прищурившись на третий этаж, Камерон перевела взгляд обратно на агента:

Заметив в лунном свете Ломбарда, свидетельница сглотнула. Тот лежал на полу с вывернутой под неестественным углом правой ногой, прижимая к груди правую руку, и, тяжело дыша, с опаской поглядывал на Палласа.

Во всей этой суматохе ФБРовец сбился со счета, сколько раз противник выстрелил в него, поэтому вытащил из пистолета обойму, чтобы проверить, есть ли в ней еще патроны. Три – более чем достаточно. Джек задвинул обойму обратно.

У него с этим типом остались кое-какие нерешенные вопросы. 

– Поднимись в свою спальню, Камерон, – велел он свидетельнице. – И не выходи, пока я не позволю.

– Хорошо, – кивнула она. – Я вызову подмогу и скорую.

– Никому не звони. Просто иди наверх.

Аквамариновые глаза округлились.

– Что ты собираешься делать?

– Тебе ни к чему об этом знать. Как сотруднику прокуратуры тебе нельзя быть причастной.

Зрачки Ломбарда нервозно расширились.

Помощница прокурора медлила на лестничной клетке, и Палласу на какой-то миг показалось, что она намерена его не послушаться. Наконец Камерон произнесла:

– Ладно, – и ушла, а через пару секунд до Джека донесся стук закрываемой двери ее спальни.

ФБРовец переключил внимание на простертого у его ног, покрытого испариной преступника.

– Наверху ты вякнул об информаторе, который донес о роли мисс Линд в деле Робардс. Я хочу знать, кто он.

Ломбард закашлялся, присвистывая от боли.

– Да пошел ты, Паллас.

– Прибереги посылы на попозже. Я ведь еще не начинал.

– Все равно пошел ты…

Джек присел рядом и спокойно сказал:

– Ты все это время подслушивал нас с Камерон.

Грант попытался хохотнуть, но смешок получился натянутым:

– Почти каждое слово. Особенно мне понравился эпизод, когда ты пожалел трахнуть эту фифу после того, как я подстрелил ее. Ты такой же слабак, Паллас, как и остальные. А все из-за бабы.

Пусть Грант Ломбард считает его слабым из-за Камерон. Но сегодня эта женщина – самая большая его сила.

– Ну, раз ты слышал, то понимаешь, что она для меня значит. Я готов убить любого, кто причинил ей зло, – с холодной искренностью заявил ФБРовец. – Назови имя информатора, и я сделаю для тебя исключение. 

Ломбард ничего не сказал. Но самоуверенным больше не выглядел.

Джек поднес пистолет ближе.

– Ты стрелял в нее. Я смотрел, как ты тыкал этот самый ствол ей в лицо. Вот так. – Агент схватил сенаторского телохранителя  за челюсть и сунул оружие ему под подбородок. Грант отдернулся, тяжело сопя носом.

Паллас вдавил дуло в кожу.