Правая рука на косыночной повязке – должно быть, из-за ранения; вместо стандартного костюма с галстуком – темно-синяя футболка и джинсы. Увидев Палласа, Камерон нисколько не удивилась, что именно его Бюро выбрало для внедрения в преступный синдикат.

И вот теперь, три года спустя, этот мужчина стоит напротив нее в гостиничном номере, который внезапно сделался слишком тесным, сверкает глазами, медленно закипающими гневом, и даже в офисном костюме и при галстуке выглядит ничуть не менее опасным.

– Я хочу поговорить с юристом, – заявила Камерон.

– Вы же сами юрист, – заметил ФБРовец. – А поскольку вас не рассматривают в качестве подозреваемой, адвокат вам все равно не положен.

– А в каком качестве меня рассматривают?

– Интересующего нас лица.

– Значит, так: я устала и не настроена играть в ваши игры. Или выкладывайте, в чем дело, или я ухожу.

Паллас обозрел ее штаны для йоги и университетскую футболку с подчеркнутым безразличием к высказанным угрозам. Слава богу, что она стоит перед ним не в одном нижнем белье.

– Никуда вы не уйдете. – Джек пододвинул стул и  мотнул головой: – Садитесь.

– Нет уж, спасибо. Пожалуй, буду придерживаться собственного плана. – Прежде чем собеседник успел раскусить ее блеф, Камерон сгребла свою сумочку и направилась к двери. Черт с ними, с вещами, заберет потом. – Приятно было поболтать, агент Паллас. Рада убедиться, что за три года, проведенные в Небраске, меньшим козлом вы не стали.

Камерон дернула ручку и чуть не налетела на возникшего на пороге мужчину в хорошо сшитом сером костюме и галстуке. Он выглядел моложе Джека и был темнокожим. Рискованно удерживая обеими руками три стаканчика из «Старбакс», незнакомец одарил Камерон сногсшибательной улыбкой:

– Спасибо за открытую дверь. Что я пропустил?

– Я в бешенстве покидаю номер. И только что обозвала агента Палласа козлом.

– Похоже, вы неплохо провели время. Кофе будете? – вошедший протянул ей стаканчик. – Агент Уилкинс.

Камерон бросила понимающий взгляд через плечо:

– Злой коп – добрый коп? Это все, на что вы способны, Джек?

Тот размашисто пересек комнату, встал в дверях, возвышаясь над собеседниками, угрюмо бросил:

– Вы понятия не имеете, на что я способен, – и взял у коллеги стаканчик с кофе.

– Так вы знакомы? – выразительно повел стаканчиками новоприбывший агент.

– Мы с мисс Линд имели сомнительное удовольствие работать вместе по одному делу, – обронил Джек.

– Сомнительное? И как это понимать? Погодите… Камерон Линд? – с озарением на лице повернулся к ней Уилкинс. – То-то, думаю, фамилия знакомая. Ну да, из федеральной прокуратуры. – Светло-карие глаза зажглись весельем. – Так это про вас Джек сказал…

– Думаю, мы все прекрасно помним, что сказал агент Паллас, – перебила Камерон.