Неслыханная сумма! Но даже она не настолько шокировала гостей, как следующая фраза из уст незнакомки:

– Пятьдесят монет золотом за танец с мэтром Ланселотом Даттоном.

Я, как и многие, уставилась на мэтра Ланселота. Он же глядел на гостью так, будто увидел привидение. Он сделался белее бумаги, в лице ни кровинки. Я испугалась, не понимая, что происходит, и тоже, кажется, побледнела.

– Какой скандал, – прошептали за моей спиной.

Молодой голос подхихикнул:

– Выкупили нашего красавчика, будто какую-то девицу!

Сердце колотилось как бешеное, в ушах шумело, и весь мир, казалось, сузился до одного лица.

– Разрешите вам представить, дамы и господа. Наша столичная гостья, баронесса Карина Райт, – пробился в сознание голос мэра.

Карина. Пять лет назад она была хороша. Сейчас – ослепительна. На смену очарованию юности пришла уверенная в себе красота расцветшей женственности.

Ланс растянул непослушные губы в улыбке.

– Монна Райт, не чаял увидеть вас здесь.

– А я, напротив, предвкушала встречу.

Лицо изменилось, а голос – нет. Все тот же серебристый колокольчик, что прозвенел тогда, в полумраке беседки, пригвоздив его к месту.

«Не зря говорят, на детях великих людей природа отдыхает. Его отец сумел вернуть величие древнему роду, но сам Ланс – лишь сын лорда-канцлера».

Сейчас на ее губах светская улыбка, но карие глаза пышут ненавистью. Ненавистью, которая заставила нарушить все приличия. Поставить на танец, словно это она – мужчина, а он – девица с заполненной бальной книжечкой.

«Бедняга Ланс! – смешок человека, которого он считал лучшим другом. – А он так в тебя влюблен!»

– Но я сам участвую в аукционе, – Ланс тоже умел изображать безмятежность.

На самом деле он не намеревался ввязываться в подобные торги. Здесь была только одна девушка, которую он пригласил бы с удовольствием, а не потому, что, явившись на бал, кавалер обязан танцевать, чтобы дамы не скучали. Что до денег – без того от половины до трех четвертей расходов клиники Ланс оплачивал из собственных доходов. Но сейчас не вмешаться было нельзя. Что ж, придется считать это взносом в счет будущих периодов.

– …шестьдесят золотых…

Кого же пригласить? Ланс обвел взглядом зал. Ошарашенное лицо Грейс. Ее ни в коем случае нельзя впутывать! Изумление, азарт, предвкушение скандала на лицах прочих девиц. Кого он выберет за столь баснословную сумму? Нет, приглашать девушек нельзя: наблюдать за скандалом и оказаться в центре скандала – разные вещи, а Ланс не хотел бы невольно погубить чью-то репутацию. Пусть даже куколки Амели, испортившей настроение его помощнице.