Заскользила языком по головке, от этого орган стал напрягаться, а Володя тихо застонал.

— Я разрешал издавать звуки? — охладил его Артем.

Он присел рядом со мной на корточки в такой близи, что я чувствовала на щеке его дыхание.

— Быстрее и глубже. Давай же!

Я почувствовала легкое раздражение, а затем он положил руку мне на затылок и начал толкать, чтобы я вбирала член интенсивнее. Уже через полминуты орган налился кровью и закаменел, но сбавить темп мне не позволяли, будто насаживая мою голову. Но вдруг Артем перехватил меня за волосы на затылке и остановил, отодвинул от Володи и поднял лицо вверх:

— Да, хозяин, — Володя ничуть не притворялся.

Ему даже стонать запретили, но он явно был не против продолжать.

— А ты хочешь его, рабыня?

— Да, очень, — ответила я с небольшой заминкой. Мягко говоря, игра заводила, но как-то слишком затянулась, а руки сзади тянуло от неудобства.

— Хозяин, — зачем-то подсказал Володя, но Артем перехватил меня за плечо и грубо развернул к себе.

— Ты забыла, как ко мне обращаться?

— Хозяин! — отреагировала я. Роль была навязанной, но она уже погружала в себя, заставляла чувствовать не нелепость, а смутное желание вызвать на лице диктатора одобрительную улыбку.

 — Простите!

— Прощу. — Он так и не улыбнулся. — Если будешь очень просить, и если он не будет стонать.

Вот только просить он мне не позволил — вставил в рот эластичный шарик и застегнул ремни на затылке. Под моим взглядом увел Володю к обугленному по краям столу, заставил лечь там на спину. Вернулся ко мне и дернул за плечо, поднимая. Усадил сверху мужчины.

— Направь его внутрь себя, — приказал на ухо. — Нравится?

Ощутив член внутри, я едва не застонала, но мне помешал шарик.

Вот только никакого акта не последовало — Артем сразу после уложил меня на Володю, заставил обоих выпрямить ноги, а потом еще и сверху туго перетянул ремнями нас обоих, сцепленных.

— Не смейте двигаться.

Член внутри слабо пульсировал, и от этого у меня все внутри сжималось, но мы не могли даже бедрами двинуть из-за ремней, и это выводило из себя до дурмана в голове. Володя закусывал губу, но не стонал, я безвольно опустила голову рядом с его, пытаясь не сжимать мышцы. Вероятно, когда его возбуждение ослабнет, то орган сам выскользнет из меня, но в такой позе нам было очень сложно отстраниться от желания.

Артем еще и проходился сверху прутом, лаская мне спину и ягодицы, вызывая невольные импульсы во всем теле.

— Все еще хочешь ее, раб?

— Да, хозяин! — молящие нотки Володя явно не разыгрывал.

— Я разрешу, если не будешь больше стонать. Но ты сможешь кончить только ей в рот. Она будет держать твою сперму во рту, пока я буду ее брать. И это произойдет нескоро.

Уверена, Володя собирался выругаться за нас обоих, но вовремя прикусил язык.