— Ты уверена, что мне его отдадут? Там же наверняка нужен чек или квитанция.

— Отправлю на такси, — быстро сориентировалась я.

И надо же было Игорю зайти в спальню и услышать наш разговор именно в этот момент.

— Катюш, давай я сам съезжу, — предложил он.

Надо же, какой самостоятельный, когда не нужно!

— Вот еще, — припечатала его я. — Ты ведь говорил, что хочешь как следует подготовиться к переговорам. Готовься. Маша привезет. Да, Маш?

— Угу.

— Ну вот и славненько. Спасибо, сестренка, выручила! — Я чмокнула воздух и отключилась.

Затем подошла к мужу, начала стряхивать с его плеча несуществующие пылинки.

— Милый, я знаю, вы с Машей не очень ладите, но я хочу как лучше. Зачем тебе отвлекаться на такие мелочи?

— Меня больше отвлекает, что ты работаешь, да еще и с больным горлом, — наградил меня недовольным взглядом Игорь. — Может, подумаешь о том, чтобы уволиться? Сама видишь, дела у меня идут в гору, денег более чем хватает. Ну зачем тебе корячиться в этой фирме за три копейки? Или, если так хочешь, давай устрою к себе.

Я едва сдержалась, чтобы не начать с ним спорить.

— Я подумаю, — изобразила самую широкую улыбку, какую только смогла, — может, ты и прав.

Все, Игоря словно подменили — он подобрел на глазах, ведь обычно я сразу вставала в стойку и грудью защищала возможность работать.

Теперь понимаю, что не зря. Ой как не зря.

Тем временем ноутбук вываливает приветственное окно системы и будто молча поторапливает: давай, смотри записи, чего ждешь?

М-да. Дрожащие руки в последние дни — мое второе имя. Я попадаю в разъем только с третьего раза.

Сердце гулко бьется о ребра, норовит выскочить. Я громко выдыхаю, закусываю губу и включаю видео из зала.

Сразу мотаю вперед, потому что включила камеру еще ранним утром, пока все спали. Камера в спальне и вовсе работает с позднего вечера. Звук они не пишут, но главное — картинка.

Пусто, пусто. Снова пустой зал, потом в кадре появляюсь я и Саша. Веду ее в ванную умываться.

И снова мотаю вперед.

Вот в зал заходит Игорь с какой-то папкой в руках. Сонно зевает, бросает папку на журнальный столик, уходит на кухню.

Черт! Что, если они решат оприходовать кухонный стол? Камера туда не достает. Внутри все опускается. Надо ж было так опростоволоситься!

Однако вскоре муж возвращается в зал с кружкой, ставит ее на столик, открывает папку и перелистывает страницы, спокойно отхлебывая кофе.

Я нервничаю, ерзая на стуле. Ну, Маша, давай же, приезжай.

И вот Игорь выпрямляется, смотрит в сторону входной двери. Наверное, звонок.

Он выходит в коридор, и некоторое время не происходит ничего.