— А Наоко что говорит?

Пассан сделал вид, что не замечает оскорбительной нотки, прозвучавшей в этих словах. Часы показывали уже половину девятого. Оставался еще один аспект дела.

— А что насчет Леви?

— Я же тебя просил узнать, отдавал он материал на генетический анализ или нет.

— Черт, я и забыл. Столько всего навалилось…

— Так ты узнал что-нибудь или нет?

— Ну, в общем, кое-что узнал. — Фифи извлек из кармана блокнот. — Двадцать первого июня Леви отправил в Бордо перчатку. В тот же день еще одну он передал на исследование в лабораторию Страсбурга. Вечером следующего дня забрал и ту и другую, вместе с результатами анализов.

Если ты по профессии сыщик, то твои правильные догадки нередко означают, что кому-то подписан смертный приговор.

— Перчатки явно принадлежали Гийару, — продолжил Фифи. — Зачем он их разделил?

— Хотел сравнить результаты анализов, но так, чтобы больше никто ни о чем не заподозрил. А потом попытался толкнуть Гийару и перчатки, и результаты.

— И смылся с баблом?

Пассан открыл дверь и вышел. Фифи тащился за ним. Синдзи и Хироки сидели с джойстиками в руках и весело смеялись под ласковыми взглядами Лестрейда и Жаффре.

Оливье вытащил из сумки пижамы и туалетные принадлежности и, не обращая внимания на протестующие возгласы сыновей, повел их в ванную комнату, где помог обоим раздеться. Он повторял привычные жесты, словно цеплялся за иллюзию того, что этот вечер ничем не отличается от остальных.

Затем он позвонил Наоко. Она говорила ровным, ничего не выражающим голосом. Мальчики тоже захотели с ней поболтать. Описали ей гостиничный номер, перечислили запасы сладостей в мини-баре и снова засели играть.

— Ужин закажите в номер, — сказал Пассан, обращаясь к помощнику.

— Да так, надо кое-что по мелочи уладить.

— В прошлый раз, когда ты мне это говорил, тебя нашли чуть живым и обгорелым. — Панк уставился на него, обеспокоенный и сердитый одновременно. — Куда ты собираешься?

Пассан выдавил из себя улыбку. Наконец-то мазь и таблетки подействовали. А может, сработала волшебная пилюля Фифи.

Он принял душ, переоделся, поцеловал мальчишек. Принесли еду: огромные гамбургеры с горой жареной картошки. Все воспитательные принципы Наоко летели вверх тормашками, но, черт побери, после всего, что они пережили… И потом, это был субботний вечер.

Он вышел за порог, помахав своим помощникам и дав обещание к ночи вернуться. Фифи напомнил, что рано утром его ждет судья. Направляясь к лифтам, Пассан подумал, что если в этой истории и есть призрак, то это он сам.

Ворота перед домом были заклеены липкой лентой. Он содрал ее и щелкнул пультом. Он уже принял решение: дом они продадут, выплатят кредит, а оставшиеся деньги положат в банк на счета детей.