Пугается своей наготы и моментально взлетает вверх по лестнице, виляя аппетитными бёдрами. Зрелище невероятно притягательное, но быстро заканчивается. К сожалению.

Упираюсь лбом в холодную металлическую дверь холодильника в попытках остыть. Не помогает. Ничего мне с этой девчонкой не помогает. С тех пор как увидел её в тёмном углу магазина, не могу перестать думать. После первого вечера у неё дома вообще снесло голову напрочь. Она так сладко плавилась в моих руках, и только телефонный звонок перечеркнул все планы.

Да, к нежной зайке прилагается ещё и урод — бывший. Проблема, которую хотелось закопать на месте, но девочка и так пуганая, куда ей ещё на кровь любоваться. Это проблема. И если она ещё раз возникнет, придётся решать по-другому.

Оборачиваюсь на грохот и крики в коридоре.

— Малинка! Представляешь, нашла. Даже со стразами! Для сельского свидания не пойдёт, конечно, а вот ночью… — Маша осекается, когда видит меня на кухне, а жаль, интересно было бы послушать, что там за планы со стразами на ночь.

— Марк? Привет. А Малинка где? И чем тут так жутко воняет? — кривится она.

— Мирра пропалила что-то утюгом, что, я не смог опознать по останкам, и обожглась, — показываю на орудие преступления, перепачканное чёрными угольками, и иду открывать окно. — Ушла наверх одеваться, сейчас поедем за лекарством. Почему Малинка, кстати?

— Так Малинина же. Была. И наверное, скоро опять станет. А в пакете что?

— Клубника, мытая. Угощайся. А сейчас?

— А той фамилии, что сейчас, осталось недолго.

Хотелось расспросить ещё об этом Косте, но спустилась Мирра, и мы почти сразу уехали. Дома у меня аптечка оказалась на этот случай бесполезная. К тётке соваться было опасно, и остался только один не самый болтливый вариант.

— Иваныч, у тебя в аптечке пантенол есть? — крикнул я, заходя в каморку.

— Химии не держим, — закатил глаза, поднимаясь и что-то выискивая в ящике стола. — Вы, молодёжь, совсем проверенные методы не цените. Вот. Масло облепиховое.

— Спасибо. И ключи мне от первого домика дай.

— Надо. И рабочих на завтра отмени.

Хоть раз у нас с ней должно случиться идеальное свидание.

К моему возвращению Мирра выбралась из машины и осталась любопытно разглядывать теплицы, почему-то не решаясь подойти.

— Хочешь посмотреть поближе?

— Ой! — она пугается моего голоса и почти подпрыгивает от неожиданности, придерживая колотящееся сердце. — А можно?

— Конечно. Обработаем сначала руку? Мне тут выдали целебный эликсир. Нужно опробовать, — показываю баночку из тёмного стекла, в которой плещется жидкость.

— Уже не болит почти. Может, на минуточку?

— Давай за минуточку справимся с рукой, а потом всё остальное? В теплице быстро вряд ли получится. Пойдём в беседку.

Она кивает, щурясь на закатное солнце.