— Ответил он.

— Когда? В каком доме? — не могла понять я. — Если в том, на окраине, так там был взрыв газа.

— Это он вам сказал? — усмехнулся мужчина.

— Да, и тем более это доказано. Велось следствие, и выяснилось, что кто-то установил плиту самовольно, из-за чего была неправильная установка. — Припоминала я. — Папа сказал, что виновного осудили.

— Я не удивлён. Только вот в квартире, где произошёл «взрыв» газа не было. Не успели подключить. Ну, это по первоначальной версии. А потом да, появились соответствующие документы. — Опроверг мои слова он.

— А что это тогда было? — не могла понять я.

— Обрушение, из-за нарушения технологий. Из-за того, что цемент использовался другой марки, плиты были положены не правильно, не на несущие стены. Да там был целый букет. Велось расследование, но потом произошёл этот врыв. — Рассказывал Варламов старший, и с каждым его словом мне становилось всё страшнее. — Твой отец получил хорошее финансирование от государства, но видимо деньги ушли не на строительство дома, а ему в карман. Вот он и решил всё это скрыть!

— А ты расследовал это дело? — задал вопрос Константин.

— Да, я тогда работал в отделе с экономическими преступлениями. — Ответил он.

— Но ты ничего не говорил об этом. — Продолжил Костя.

— Сын, ты же знаешь, что дома я работу не обсуждал. Слишком много грязи там было, и я не хотел, чтобы вы касались этого. — Объяснил мужчина.

— Но мы всё равно коснулись. — Заметил Константин. — Ты хоть понимаешь, что отец Риты мстил тебе?! — он вопросительно посмотрел на отца, а меня ещё сильнее прижал к себе.

Костя видимо понимал, насколько мне сейчас тяжело и больно. И старался всеми силами поддержать меня.

— Это я понимаю! Но я одного не мог понять, за что с тобой так поступила Рита! — снова перешёл он на повышенный тон. — Но если она этого, как ты говоришь, не делала, то за что он так поступил со своей дочерью?!

Тайны понемногу открывали для нас свои двери, добывая из шкафов давно запылившиеся секреты. И чем больше их было, тем страшнее становилось. У меня кровь в жилах стыла ото всего этого. Я, конечно, знала, что мой отец не простой человек: властный, жесткий, где-то даже злой. Но чтобы он оказался таким безжалостным монстром я даже представить не могла.

Оказывается, мой отец мог запросто лишить человека жизни, а сам жить дальше, продолжая радоваться жизни и преумножать свой капитал.

Лев Сергеевич прав, пока не понятно, за что мой отец так безжалостно и жестоко поступил со мной.

— Я думаю, ответ на этот вопрос может дать только мой отец. — Пришла к выводу я.

— Думаешь, он захочет с тобой разговаривать? — задал вполне логичный вопрос Константин.

— Нам нужно вывести его на эмоции. Он же тогда сам того не желая признался в своих злодеяниях. — Разъяснила я.