В кабине появилась Оля и я попросила отвезти маму Наташи измерить ей давление, потому что она была сейчас на грани.

— Вячеслав Николаевич, выйдите, пожалуйста, из кабинета, мне нужно идти готовится к операции. — Официально обратилась к нему я.

— Рита, я тебе всё объясню. — Начал было он.

— Заткнись и слушай! — процедила я ему в лицо. — С этого момента тебя нет в моей жизни, и я не слышать, не видеть тебя не хочу! Если ты не понял, то жизнь твоей дочери сейчас идёт на минуты! А теперь пошёл вон!!!

Видимо поняв, что сейчас не место и не время для выяснения отношений, Слава вышел. А я, стараясь изо всех сил отключить эмоции, пошла готовиться к операции.

— У меня всё готово. — Сообщил анестезиолог, когда я вошла в операционную.

— Отлично, начинаем. — Решительно ответила я.

— Рита, с тобой всё нормально? — спросила Марина, ассистирующий хирург.

— Да, всё нормально. — Коротко отрезала я, потому что объяснять я никому ничего не собиралась, да и не время сейчас было что-то объяснять.

Только вот ни черта нормально не было! Перед глазами до сих пор стоял мой муж, который так спешил к своей дочери. Его глупое, но в тоже время испуганное выражение лица. Его наивная попытка всё объяснить.

Только сейчас разве можно что-то объяснить? Если всё и так понятно без слов! У моего мужа другая семья! У него есть дочь!

Мне было нестерпимо больно! Внутри бушевал целый ураган, превращая всё в руины, выжигая дотла, дочерна.

Снова стало трудно дышать. Но я в очередной раз взяла себя в руки!

Сейчас на кону жизнь маленькой ни в чём не повинной девочки, которая уж точно не должна расплачиваться за поступки взрослых.

Я вновь вспомнила её милое детское личико, её страх перед операцией. И её улыбку, после моего обещания вылечить её сном.

Надо же, её отец с такой лёгкостью разбил мне сердце. А я сейчас пытаюсь спасти её маленькое детское наивное сердечко. В котором живёт любовь к своим близким.

«Всё будет хорошо! Держись, крошка!» — мысленно обратилась я к ней.

— Маргарита Григорьевна, — обратился ко мне анестезиолог, — у нас проблемы давление падает. Мы её теряем…

«Мы её теряем!» Эта фраза раз за разом эхом проносилась у меня в голове.

Ну, уж нет, крошка, я не позволю тебе уйти! У тебя вся жизнь впереди! Живи, девочка, живи! Твоя мама просто не переживёт, если ты её оставишь! Живи!..

Я мысленно молила девочку не покидать жизнь, выполняя при этом все необходимые манипуляции. И у меня это получилось!

— Ну, Рита, ты молодец, выше всяких похвал! — выдохнула Марина, когда мы закончили операцию и переодевались. — Я в очередной раз убеждаюсь, что ты талантливый хирург. Но признаться, я очень испугалась, что мы её не вытащим. — Похвалила она меня и поделилась своими воспоминаниями. — Как думаешь, она выкарабкается?

— Уверена.