Оказывается, все было куда проще и зауряднее. У моего мужа тогда просто появилась любовница!

Это с ней он проводил свободное время, пока я утопала в горе и хотела утешения в объятиях мужа. А он… Он утешал себя с другой и лгал, что занят работой. А теперь плод тех отношений сейчас сидит в нашей гостиной и смотрит мультики.

- Как долго это продолжается? Семь лет? Или еще дольше? - болезненным голосом спрашиваю я.

Муж смотрит на меня ошалевшими глазами, будто не понимает смысла моего вопроса:

- Твоя измена. Как долго у тебя вторая семья?

- Семья у меня только с тобой. Другой нет и не может быть, - твердо произносит он.

- А эта девочка? - киваю в сторону гостиной и горько усмехаюсь. - Она ведь не с неба свалилась?

Уж лучше бы с неба. Но такого не бывает.

- Это была ошибка, о которой я жалею до сих пор, - произносит он со злобой и трет кончиками пальцам одной руки о тыльную сторону ладони другой.

Он всегда так делает, когда нервничает. За восемнадцать лет брака я его досконально изучила. Вернее, думала, что изучила и знаю о нем все. Но очень сильно ошибалась. Знала я только то, что мне позволяли знать…

- Ты ребенка называешь ошибкой? - вскидываю бровь от формулировки, которая режет слух.

- Нет. Она следствие моей ошибки, - выдыхает он и опускает взгляд. - Я даже не подозревал о ней до ее рождения. Если бы узнал раньше, то…

- Потребовал бы сделать аборт? - заканчиваю фразу за него.

- Именно. Но меня не поставили в известность вовремя, не оставили выбора.

- То есть ты настолько бессердечный, что хладнокровно потребовал бы убить невинного ребенка? Собственного ребенка, - качаю головой, не веря, что мой муж смог бы так поступить.

- А ты считаешь это нелогичным? - его переполняет возмущение. - Я не планировал заделывать ребенка, не собирался его растить, обеспечивать и быть частью его жизни. Это просто была минутная слабость для нас обоих, не более!

- Когда лезешь на женщину, надо понимать, какие это может повлечь последствия. И нести ответственность за свои решения.

- И я ответственно подошел бы к решению проблемы до ее появления, если бы вовремя обо всем узнал, - жестко отрезает он.

Избавиться от собственного ребенка - это выше моего понимания. Неужели мужчины настолько отличаются своим мышлением в таких делах?

- Она же твоя дочь. Твоя кровь и плоть, - с упреком произношу я. - Как ты можешь говорить, что избавился бы от нее?

- Тебе кажется это бессердечным? - хмурится он. - А разве разумнее порождать на свет ребенка, который никому в итоге и не нужен? Что, собственно, мать-идиотка и сделала, - тяжело выдыхает, продолжая тереть руку до красноты. - Бессердечность тут вообще ни причем. Я же говорю не о полноценном живом человеке, а о только что зародившемся эмбрионе. Это совсем разные вещи.

Может, Леша в этом и прав.