— Не похоже на него, — шепнула дочери Лада.

Леля смотрела на Ярило со смесью беспокойства и разочарования. Казалось, что богиня была единственной, кто знал причину его внезапного покаяния.

— Отец, накажите его изгнанием в мир людей! — подал голос затихший ненадолго Громовержец.

— Ты с ума сошел? — Велес даже поднялся со своего места от возмущения. — Мы не изгоняем в мир людей уже сотни лет! Богам не выжить в современном мире, где люди почти полностью забыли о язычестве.

— Если Ярило не проучить, он так и будет соблазнять наших дев, а потом изменять им с Марой! — стоял на своем Перун.

— Можно подумать, человеческий мир научит его хорошему, — фыркнул Велес.

— И то верно, — произнесла Леля. — Как можно научиться чему-то хорошему в мире, где люди нас почти забыли?

— Меня не забыли, — вскинула вверх указательный палец Лада. — В честь меня названа марка машин.

— Не льсти себе. Люди назвали марку не в честь тебя, а в честь ладьи, что нарисована на эмблеме этих машин, — разубедил ее Сварог.

Богиня не смогла скрыть разочарования на своем прекрасном лице.

— Повезло только Велесу, — с едва уловимым ехидством заметил Перун. — Я видел магазин кормов для скота в одном из поселков под Костромой с названием «Велес».

Отец Ярило с нескрываемым раздражением посмотрел на Перуна, но благоразумно решил промолчать.

— В России больше помнят древнегреческих богов, чем славянских, — вздохнул Сварог. — Вон, сколько почестей Дионису: в каждом городе полно магазинов в его честь.

Тяжкие вздохи богов прокатились по Ирийскому саду. Хоть и были они бессмертны, однако силу свою черпали от верующих людей. С каждым годом их становилось все меньше, и приходилось богам спускаться в мир живых, Явь, и помогать людям.

Чем крупнее желание, тем искренней были слова благодарности человека, а с ней и божественные силы, что получал бог. Кто-то перебивался простыми желаниями, типа «хочу трехъярусный торт» или «пусть я благополучно доберусь до дома», ну а кто-то выбирал такие сложные желания, как «пусть моя бабушка вылечится от онкологии» или «хочу, чтобы в меня влюбился самый богатый мужчина в стране».

Силы, что хранились в бусинах, боги собирали не для себя лично, а для всех. Приносили Сварогу, который бросал их в ирийский пруд. В волшебной воде бусины раскрывались, высвобождая силу, которая поддерживала весь мир богов — Правь.

Велес медленно опустился на свое место и задумчиво произнес, глядя на сына:

— А что, Перун дело говорит. В мире людей всегда есть, чему поучиться избалованному богу. Да, сын?

Ярило покорно кивнул, не меняясь в лице. Сложно было понять его чувства.

— О чем ты? — спросил у Велеса Сварог.

Отец Ярило вздохнул и, покосившись на сына, сказал:

— Совсем он распоясался в последнее время.