У нас не так много времени, чтобы я вдавалась во все подробности.

Медок показательно развела лапками, мол, Тайра, видишь, ее не переубедить.

– Итак, много тысяч лет назад, когда не существовало Межпространственного Альянса, а высших кланов на Аритасе было значительно больше, разгорелась кровавая война, давшая начало расколу, – грозно произнесла я, не давая питке разойтись. – Этот раскол имел две стороны: ритасы, считавшие себя высшей расой и желающие управлять всеми остальными, и ритасы, которые, наоборот, мечтали дать мир и процветание всем галактикам.

Сейчас, кстати, высших кланов только семь. Но речь пойдет об одном, самом сильном – аль Таим.

Тайра усмехнулась, но промолчала. Хотя по ее глазам было понятно, что она думает. Что-то вроде: «Ну еще бы ты назвала другой клан самым лучшим. Свой, пусть и новообретенный, всяко ближе и родней, чем остальные».

– И было в семье аль Таим трое наследников. Рожденные в один день от одной матери и отца.

– Тройняшки, – пробормотала Тайра.

– Да. Старший сын, средняя дочь и младший сын, которых впоследствии и назовут Молнией, Солнцем и Тенью или Вороном.

– А почему только у третьего ребенка два прозвища? Тем более они между собой разве что цветом схожи.

– Не забегай вперед, – усмехнулась я. – А почему два – потому что ворон считается символом мудрости, а хороший советник – всегда в тени своего правителя.

– В принципе, логично, а…

– Так, если ты и дальше будешь меня вопросами забрасывать, не давая и рта раскрыть, я спать лягу.

– Все-все! Больше ни слова – честно.

Тайра показательно провела пальцами по губам, словно бы заклеивала рот. И такими глазами на меня посмотрела, что я представила себе ребенка, которому обещали мороженое, но так до сих пор и не дали.

– Не секрет, что Аритас поклоняется богам и чтит их законы…

Я вздохнула, потому что мне тоже придется во все это вникать и не просто придерживаться традиций, а долгое время жить по ним, потому что меня ни за какие коврижки с Аритаса не отпустят.

– Во всяком случае, так было во времена, о которых идет речь. К богам взывали, их просили помочь, и они отзывались.

– Они и сейчас отзываются, – фыркнула Медок.

– Однажды на прогулке склон горы под ногами старшего сына разверзся, и оттуда хлынула вода.

Взмолился он о помощи, и боги даровали ее. Спасли они парня, наделив его особой, небесной силой. Так, по преданиям, появился водопад Иссадо, чьи черные воды осенены божественной милостью.

На ум тут же пришел обычай аристократок – ратерго. И меня бросило в дрожь. Ужасные традиции и обычаи! И, судя по всему, их еще множество – не менее ужасных и диких. Интересная у меня родина. Впрочем, за силу всегда приходится платить.