Длинный каштановые волосы, лучистые глаза…

— Ба! Да это же- Юлька! — воскликнул Казанова и опустил стекло, чтобы окликнуть девушку.

И тут взгляд его переместился ниже. У Кирилла отвисла челюсть.

— Ни хрена себе! — тихо ахнул мужчина. — Да она же беременна! И Гришка об этом ничего не знает?! — он поднял стекло и уронил голову на руль.

Как он проехал пробку, как приехал в компанию, Кирилл помнил смутно. Как назло, оба лифта были заняты. Он помчался по лестнице на пятый этаж. Задыхаясь от быстрого бега, он влетел в кабинет Вяземского.

Григорий сидел, положив ноги на стол и курил.

Увидев до крайности взвинченного Казанову, он спросил:

— Что стряслось? Пожар? Или акции компании упали?

— Стряслось…,- Кирилл пытался отдышаться, — такое стряслось… твоя Юлька… уф… она…

Вяземского будто ветром сдуло с кресла. Он подскочил к другу и встряхнул его:

— Да, что случилось — то?! Что с Юлей?! Ну, говори?!

— Она… — Казанцеву удалось наконец справиться с дыханием. — Она беременна!

— Что?! — Вяземский не верил своим ушам. — Беременна?! От кого?!

— Ну, не от меня же!

— Она что, вышла замуж?!

— Идиот! У тебя что, мозги отказали?! Она от тебя беременна! Кретин! — заорал Казанцев, выходя из себя.

— От меня?! Но, этого не может быть! Я…

— Не может быть? — ехидно переспросил Казанова. — Не знал, что ты страдаешь бесплодием!

— Но, почему от меня это скрыли?! Ни Смолкин, ни его жена, ничего мне не сообщили! Они что, меня совсем уже законченным мерзавцем считают?! — потерянно спросил Вяземский.

— А вот это, Гриша, мы сейчас и выясним! Быстро, поехали к Смолкиным!

На глазах изумленной Наташи, они вихрем вылетели из кабинета и, в два прыжка пробежав приемную, понеслись к лифтам, обгоняя друг друга.

— Поехали на твоей, — подскакивая к Мерседесу, прокричал Вяземский, а то у меня руки трясутся.

Сев за руль, Казанцев втопил педаль газа в пол и машина рванула с места.

Они неслись по городу, как сумасшедшие, рискуя попасть в аварию. Влетев во двор Смолкиных, Кирилл затормозил так, что завизжали тормоза. Друзья выбежали из машины и подбежали к подъезду. Григорий набрал номер квартиры Юли.

Смолкины пили чай, когда раздался звонок домофона. Ефим встал и, подойдя к двери взял трубку.

— Ефим Наумович, откройте, это Вяземский. Мне нужно поговорить с Юлей.

— Тогда, с вами. Откройте, пожалуйста.

— Хорошо, поднимайтесь, — старик открыл дверь, отбрасывая сомнения.

Через несколько минут вошли Григорий и Кирилл.

— Только тихо, пожалуйста. — попросил Ефим мужчин, — Юля спит.

— Проходите в кухню, — сказала Людмила Александровна, здороваясь.

Молодые люди прошли в кухню и сели за кухонный стол.

— Чай, кофе? — предложила пожилая женщина.

— Почему вы не сообщили мне, что ваша внучка беременна? — вместо ответа спросил Вяземский.