Ищи дверь из того, что тебе понятно и близко.

Легко сказать, сложнее сделать. Что именно искать? Это место наполнено сплошь родным и близким. И как из этого выделить нечто обобщенное, что может стать проходом?

Пока я метаюсь в поисках, маленький Аргалон наблюдает. Внимательно так.

— Может подскажешь? — спрашиваю на удачу.

— Я не знаю, — бесцветно отзывается он.

Замок, мне нужны бывшие владения клана. Они должны тут быть.

И я вижу руины на горизонте.

Шагаю к ним, зачерпывая снег. За время, проведенное в снежном лесу, я озябла до костей и меня раздражает стук собственных зубов.

Мантия Аргалона особо не согревает. Ее полы промокли и задеревенели.

Я быстрее замерзну до смерти, чем дойду до руин.

Обидно будет, если там не найдется выход.

С чего я вообще взяла, что он там есть. Просто предположила и все. У меня нет теплых воспоминаний с этим местом. Оно осталось проходным событием, толком не задержавшимся в моей памяти.

Лес… а вот с ним связано очень многое.

Как и с озером, в котором я однажды похоронила Аргалона.

— Озеро! — буквально вскрикиваю, оборачиваясь на копию Аргалона, а вместо него стоит черноволосая женщина, что встретила меня вначале.

Она безразлично изгибает бровь. Без эмоций.

— Если я хочу вернуться к Аргалону, мне нужно то, что связывает меня в ним. Нечто сильное, особенное и противоречивое. Тут есть озеро?

Женщина задумывается и отвечает не сразу:

— Если для тебя оно важно, то есть.

Загадки, загадки и снова загадки.

Честно говоря, я не помню, был ли водоем в том лесу, рядом с владениями лидера темного клана, но я сосредотачиваюсь на воспоминаниях своего первого настоящего расставания с драконом.

Раскапываю пережитые эмоции и пропускаю их через себя.

Разворошенные раны души болезненно отзываются.

И кажется, я слышу всплеск воды.

Срываюсь с места, мчусь на звук. Зачерпываю туфлями холодный снег, что громко хрустит под ногами.

Оттормаживаюсь. Отодвигаю озябшей рукой ветку.

Моему взору открывается ровная идеальная гладь круглого, как фарфоровое блюдце, водоема.

По коже бегут мурашки, я даже не сомневаюсь, что вода ледяная до жути.

И все таки я приближаюсь к запорошенному берегу.

— Ты еще вернешься? — спрашивает фантом голосом Добанеско.

— Возвращайся. Мне тут скучно.

Прикусив губу, усмехаюсь. На самом деле по доброму. Этот фантом не так уж и плох.

— Я постараюсь, — улыбаюсь ему на прощание.

Сердце взволнованно сжимается. Вдруг не получится.

Заглядываю в водную гладь. Мое отражение ужасно. Испачканное кровью лицо, потрепанный вид.

Зато за моей спиной фантом поднимает руку и медленно машет. Лишенная живых эмоций улыбка на физиономии копии Добанеско устрашает не меньше, чем высохшая кровь на моем лице.

Набрав побольше воздуха, я с берега прыгаю.