В голосе проскочила нотка растерянности.

Взгляд дракона сместился на рыжего. Эфрон к этому моменту поднялся на ноги и отряхнул парчовый камзол.

— Эфрон Добанеско, факультет боевых искусств, — выпалил он, надменно вскинув подбородок.

— Оба на боевом факультете и с такой отвратительной дисциплиной, — задумчиво проговорил дракон.

Парни вздрогнули. Эфрон возмутился:

— Проблема в нем, — он указал на меня, — этот…— здесь он запнулся, похоже собираясь употребить подходящее слово из словаря сноба, но не стал, — кандидат в адепты нанес мне оскорбление.

«Общаться не захотела» — едва не вырвалось у меня, но я прикусила кончик языка.

Дабонеско не спешил с ответом. Медленно перевел взор с дракона на меня и обратно.

— Я слушаю, — Аргалон изогнул бровь.

Возникало ощущение, что Эфрон сейчас остыв, сам сомневался в том, оскорбили его или нет. Или пришел к ошеломляющему выводу, что грозному товарищу ректору нет дела до оскорбленных чувств молодого аристократа.

— Прошу прощения, — на удивление смиренно вмешался Лаос, — думаю, возникло недопонимание.

Неожиданно. Вон и Эфрон не ожидал. Впился ошалевшим взглядом в товарища.

— И на основании недопонимания вы позволили себе устроить дебош? — в голосе дракона отчетливо слышалась сталь.

“Скорее убийство меня, но видимо для всех присутствующих это формальности”.

— Прощения просим, — Лаос опустил подбородок. Помедлив, Эфрон повторил тоже самое.

В этот момент к нему приблизился Дорин вейн Рэйн, сурово анализируя меня и парней.

— Вейн Рэйн, — не оборачиваясь на коллегу, обратился к нему Аргалон, — у двух адептов из аристократии хромает дисциплина. Позаботьтесь, чтобы они ее усвоили.

Я почти обрадовалась мысли о том, что справедливость восторжествовала, но дракон шагнул в мою сторону и я невольно сжалась. Занервничала, когда массивная рука потянулась ко мне.

Он схватил меня за шкирку и рывком поднял на ноги. Бегло осмотрел, прищурился.

— Ты в порядке, парень?

В голосе дракона проскочило сдержанное, но беспокойство. Возможно, мое сознание просто выдавало желаемое за действительное, но от неожиданности вопроса и того, как он прозвучал — я растерянно закивала головой как китайский болванчик.

Зрачки Аргалона странно сузились и тут же расширились, сканируя мое лицо. Затем он едва заметно мотнул головой, будто избавляясь от какой-то навязчивой мысли. Отвернулся, сухо произнеся:

— Хорошо, беги на испытание. Оно сейчас начнётся.

Как по щелчку, сорвалась с места. И так же резко затормозила, когда ректор меня окликнул:

— Эй, парень. Если поступишь к нам, постарайся больше не ввязываться в конфликты.

— Как скажете, вейн Аргалон, — отчиталась, на одном глубоком вдохе.

Сердце почему-то бешено затрепыхалось.