Очевидно, Пугачев не лукавил: на жетоне нет имени Петра III и ясно указано, что «денга» выпущена окружением Пугачева, а не им самим, и вполне вероятно, что Пугачев об этом даже не знал. Также вероятно, что перед Екатериной лежали такие или похожие монеты.

В исторических источниках есть намеки на то, что Пугачев делал медные и серебряные монеты с «ево мерской харею», но, видимо, совершенно не такие, как этот казацкий жетон, а с именем Петра III. Так, разъезжая по своей столице, Бердску, Пугачев бросал в народ горсти медных денег. Было бы странным бросать в народ монеты с портретом правящей императрицы. Когда из Оренбурга к Пугачеву прибыл его соратник Хлопуша, Пугачев подарил ему «две монеты». Поскольку Хлопуше за то, чтобы он убил Пугачева, обещано было 100 рублей, трудно думать, будто пожалованные «две монеты» имели финансовое значение. Пугачев отплатил Хлопуше сторицей — позже, а те «монеты» были, очевидно, именными, сувенирными. Пугачев прекрасно понимал, что народ видит своих императоров только на монетах. И, чтобы в него поверили, ему нужно было сделать монеты со своим портретом и именем Петра III.

С другой стороны, к медным деньгам с портретом ненавистной «Катьки» Пугачев относился, несмотря на свой меркантилизм, весьма практично. Например, при штурме Камышина в 1774 году приказал зарядить пушки медными монетами, так как кончилась картечь.

Итак, Пугачев, несомненно, изготавливал медные монеты с именем Петра III для раздачи народу и своим соратникам.

Кроме того, его сторонники выпускали деньги с портретом человека, похожего на Емельяна Ивановича, но с надписью «Денга козаская». Видимо, они не получали разрешения от Пугачева на выпуск монет с его именем и предпочли ограничиться намеком.