– Господин Юн, – мне видеть такое было не впервой, так я что отреагировала спокойно. С Тавелой я тоже изрядно помучилась, прежде чем решила, что девочки готовы сидеть в столовой вместе с взрослыми. – Пожалуйста, никаких посторонних звуков за столом. Ни чавканья, ни хлюпанья, ни причмокивания. Пережёвывайте еду исключительно с закрытым ртом. Представьте, что вам невкусно, а потому ешьте с некоторой неохотой.

– Так вкусно же, – промычал дэвр с набитым ртом. – И скорлупа не хрустит, как у нашего Потрошилы. Чай, если те ваши леди так же вкусно стряпают, так и сами, поди, не дуры пожрать…

– ВЫ! – рявкнул на Имельду Вангапу Ярый, едва мы собрались на прогулку после завтрака и сообщили об этом дэврам, оцепившим наш дом. – Гулять!

Затем он сверкнул чёрным глазом (а вторым, заплывшим, и не смог бы), с хрустом ударил себя в грудь и сунул в лицо компаньонке ручищу, согнутую в локте. И ещё с гордостью посмотрел на меня: вот, тесса, как велела к «ягодке» обращаться, так и сделал.

Впечатление на Мелли он произвёл, ничего не скажешь. А вот я всерьёз заволновалась за госпожу Ризе – дама она всё-таки немолодая, хоть и крепкая духом. Шутка ли – жить с неугомонным и заводным Николасом под одной крышей. Я бы не смогла.

Мелли побледнела, но с достоинством выдержала этот натиск, даже не отпрянув. Только с ужасом оглядела громадного дэвра. Я не бралась судить, сколько ему лет, раз даже семнадцатилетний, как выяснилось, Юн не уступал в размерах и силе взрослым мужчинам. Но Вангапу явно был матёрый воин, побывавший не в одной битве. Его косичку на подбородке перехватывали аж четыре золотых кольца (у кайарахи и то было два), многочисленные татуировки его выцвели под южным солнцем, густые брови срослись в одну, в пучке чёрных волос серебрилась седина, а на любезно предложенной руке змеился безобразный старый шрам.

– Очаровательно, – еле слышно процедила Мелли в мою сторону с явным сарказмом, перейдя на «вы». – Тесса Аурелия, а можно меня как-то исключить из вашего воспитательного процесса?

– ВЫ! – ещё раз требовательно прорычал Ярый.

– Госпожа Имельда, – умоляюще прошептала я. – Прошу вас, ещё только один раз. Поверьте, этот дэвр к вам со всем уважением! Ну, насколько способен… Я просто не стала вам вчера говорить, как ещё он мог к вам обратиться, но «вы» – это поразительный прогресс…

– Ари, деточка, да это животное затопчет меня по дороге и не заметит…

– М-мэльда, – рыкнул Вангапу. – Вы. Гулять.

Обречённо вздохнув, Имельда чуть поморщилась, двумя пальцами опустила нависший перед ней локоть и пристроила на нём руку. Потом ещё раз с укором взглянула на меня и натужно улыбнулась дэвру. Ярый оскалился во все зубы, что, вероятно, означало ответную улыбку, и довольно зарычал, с превосходством посматривая на товарищей.