По итогу моего пребывания в красной зоне, в меню индивидуального контролера отображалась следующая картина.

Скорость потока 215,8

Адаптация зрительных функций 10 уровень

Телекинез 17 уровень

Электрокинез 3 уровень

Пятьдесят шестой уровень мне удалось поднять через два месяца работы в «зоне 22», а ещё через пять месяцев появилась новая червоточина, и на этот раз я уже смог отправиться туда вместе со всеми.

В червоточине, открывшейся в Семипалатинском округе, погиб друг Марины, Агент 1680. Никто не знал, как это произошло, тело так и не обнаружили, как часто и бывает в подобных случаях. Марина считала, он просто хотел уйти: какие-то внутренние проблемы, о чём даже не подумаешь, глядя со стороны на этого жизнерадостного парня.

Конечно, самоликвидация глубоко осуждалась организацией, гибель каждого агента являлась большой потерей для всех, но по ту сторону барьера человек оказывался предоставлен сам себе, никто не мог его там контролировать.

Впрочем, несчастный случай тоже исключать было нельзя. 1680-й мог нарваться на тварь, которая ему не по зубам, но вместо того, чтобы удрать, вступил в драку и погиб. Или телепортатор дал сбой. Всё, что угодно могло произойти.

А вскоре и наши с Мариной пути разошлись. Её отправили в отпуск на год, а затем собирались перевести на другую должность. Она и так уже слишком долго торчала на границе и сама хотела сменить род деятельности. К тому же Марина принадлежала старшему поколению агентов, и ей следовало занимать руководящие посты, а не бегать по пустыне.

Вместо неё смотрящим за Можайским округом назначили моего знакомого, Агента 877, который прежде возглавлял боевой отряд.

Такая ротация происходила постоянно, ведь агенты — тоже люди и не могут десятилетиями сидеть на одном и том же месте.

Моя же служба в СКИФ фактически только начиналась, и меня в другое место пока отправлять не планировали. Мне предстояло и дальше следить за «зоной 22», и как долго это будет продолжаться, никто сказать не мог. Ну и естественно, никуда не девались регулярные походы к источникам силы и в червоточины, которые появлялись на нашей планете раз в несколько месяцев.

В бета-мир меня отправляли регулярно, чтобы рос быстрее уровень. Агенты с семидесятым-восьмидесятым уровнями и выше всё равно не могли быстро прокачиваться, даже если бы не занимались ничем другим, кроме охоты, а вот молодёжи вроде меня, наоборот, следовало стремиться к максимальному прогрессу.

Постепенно охота на иных стало рутиной. Единственное, что давало острые ощущения — это вылазки в бета-мир, да и то не всегда.