Есть ведь еще Дерек и эйши Фшена Шатоса, это может быть связано с ключом или нет. А то, что мы собирались, но так и не провели игру…

— В любом случае, — Марк Радимирович прихлебывал чай и с удовольствием выуживал ложкой из поданной ему большущей банки золотистый тягучий мед. Он хоть и мог теперь, вернув человеческое тело, есть любую пищу, но все равно предпочитал сладкие компоты, мед и варенье всему остальному, — надо начинать с того, что мы можем разузнать. Слишком мало информации.

— Вы, студент, — он повернулся к Дереку Вольтецкому, — посетите профессора Бяо и напишите родителям.

Поинтересуйтесь у них любыми сведениями о предыдущих поколениях родственников. Я поищу информацию в архиве. Мальва, думаю, не откажется поработать с Бяо, чтобы стабилизировать парню магию, добавив своих малюток к его эйши.

Ильмара не поняла, про каких малюток сказал профессор, но подумала, что наверняка им потом Дерек все расскажет.

— А остальным, особенно милым барышням, советую направить свою энергию на подготовку к балу первокурсников. — В зеленых глазах рыжего мужчины мелькнули смешинки.

 — До завтрашнего вечера очень мало времени осталось.

— Ой, лышеньки… — Марья всплеснула руками. — Да успеем мы все. Возьму их завтра с собой к Азалии. Вон Гульсии она особенно будет рада, спрашивала про нее.

— Да? — Круглые карие глазки боевички растерянно заморгали. — А откуда она меня знает?

— Так Тимон сказал, — хохотнула Манефа. — Боевичка, надевшая розовое, нашу Азалию так вдохновила, что тебя ждет очень теплый прием в ее салоне.

Почти весь вечер сидевший незаметно на столе в своем креслице дед Швур вдруг встрепенулся и, откашлявшись для привлечения внимания, солидно огладил бороду.

 — Вы бы еще книгу-то свою студенческую почитали, с правилами. Бал, он ведь не просто так, там тоже та еще наука.

С мудрым починоком не согласился про себя разве что Грема, поскольку считал данное мероприятие лишней тратой времени.

Зато Ильмара, замерев, вдруг осознала, что она действительно попадет на самый настоящий, всамделишный бал, как в книжках, и воображение унесло ее далеко от фейского домика друзей и чаепития.

В мыслях она уже танцевала и веселилась, а все вокруг были очень милы и приветливы.

— Ты танцевать-то не умеешь, а все вокруг будут как поганка Мелюзянская, — разбил ее прекрасные грезы бубнеж налопавшегося до отвала метаршигла. — Лучше пошли тоже в архив, только еду надо с собой взять.

Глава 29. О нарядах и гадинах

Сидя на краешке мягкого плюшевого пуфа в салоне подруги Марии Спиридоновны дриады Азалии, Ильмара напоминала проснувшегося посреди дня мохноперого крикуха.