– Это другое! – взвилась свекровь. – Я у чужого человека взяла! А Ева – у родной бабушки!

– Все равно, мародерство какое-то… – пробормотала Кристина.

– А ты мне морали не читай! Нету у тебя такого права! Ты тут вообще хуже всех выступила!

Вернувшийся Илья остановился в дверях.

– Мама, ты о чем? Где Кристина выступила?

Ульяна помолчала, пожевала губами.

– Привела этого урода, – наконец сказала она. – Частного детектива. Как так можно было, Кристина?!

– Я хотела защитить Варю!

– Хотелки твои до беды довели! – в сердцах брякнул Виктор Петрович, кивнув на зареванную старшую дочь.

Илья сел рядом со мной.

– До беды мог довести не поступок Кристины, абсолютно правильный, кстати, – сестрица, я тобой горжусь! – а то, что Варвара едва не вышла замуж за убийцу, – спокойно сказал он.

Кристина ответила ему благодарным взглядом, Ульяна закатила глаза.

– Так уж сразу «убийца»! Слова-то какие громкие!

– Ты не слышала, что рассказывал вчера Сергей? Восемь человек задохнулись в его машине!

– Гриша искупил! – твердо возразила свекровь. – Он свое отсидел, все до единого годика!

– …от звонка, как говорится, до звонка, – поддакнул Виктор Петрович.

– Не надо было это вскрывать! – Ульяна стояла на своем. – Никого его прошлое не касается!

Илья недоверчиво улыбнулся.

– Родители, что вы такое говорите? Вы хоть поняли, что произошло? Григорий нашу Варю не любил, она нужна была ему в качестве бесплатной медицинской помощи для матери. Но главное, он – убийца. Преступник, понимаете?"

"– Подумаешь, преступление, – пробормотала Ульяна. – Восемь черных, кто их считает…

– Там было трое детей с родителями! – повысил голос Илья. – Две семьи!

Виктор Петрович махнул рукой:

– «Семья, семья»… А вот у Варьки-то теперь семьи не будет! То-то и оно. А все из-за этих… сыщиков! Дряни, ей-богу… Лишь бы на чужой беде заработать! Сидели бы мы тихо, не знали ничего, и жили бы себе счастливо! Свадебку сыграли бы… Варюха внучков бы нам родила! Да, Варюш?

– Да, папа, – всхлипнула Варвара.

– Вот и я говорю! Гриша к нам хорошо относился. И парень работящий, все в дом…

На лице Ильи отразился неподдельный ужас. Он смотрел на родителей так, словно видел впервые.

– Какие деточки?! Он ей кровный родственник!

– Да ладно, родственник! Седьмая вода на киселе!

Илья замолчал и закрыл глаза.

– Что теперь говорить, – вздохнула Ульяна. – Поздно!

– Удружила ты, Кристина, сестре, нечего сказать…

Старшие Харламовы принялись вполголоса отчитывать младшую дочь – я уже потеряла счет этим попрекам. Она не говорила ни слова, уткнувшись в тарелку. По ее лицу невозможно было ничего прочесть.

– Таня, пойдем, – сказал Илья и поднялся.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Куда ты ее зовешь? Пусть сначала доест, – вмешалась Ульяна.