Бывший следователь слово в слово повторил то, что он сам сказал об убийстве Нины Ельчуковой.

– Я ограбления разные видел, – продолжал Бузина. – Обычно так бьют, если жертва начинает сопротивляться. Или насильники… Ну, про них другой разговор. Я с первого взгляда решил, что Грибалевой кто-то мстил. Поэтому девчонок в ее группе шерстил особенно люто… А! Еще к этой приглядывался… Ох, фамилии забываю, память с возрастом слабеет… Как ее, господи?

Бузина раздраженно пощелкал пальцами.

– В сериальчиках играет! Жена у меня их смотрит…

– Домбровская?

– Вот-вот! Элла Домбровская…

С точки зрения Илюшина, память у Бузины была великолепная. С убийства Грибалевой прошло без малого четверть века.

– Почему именно она? – спросил он.

Они остановились перед сараем, увитым плющом. Вокруг качались на ветру оранжевые фонарики физалиса.

– Домбровская с Грибалевой ухлестывали за одним парнем, все никак поделить его не могли. Девки, бывает, звереют от такого.

– Федор Васильевич, вы не помните, от Грибалевой не пахло духами?

Бузина усмехнулся.

– Там, знаете, такой аромат стоял… Я бы только порадовался, если бы духами, ей-богу. Ладно, давайте поглядим!

Илюшин недоумевал, куда они должны поглядеть. Бузина вытащил из кармана рабочих штанов ключи и отпер первую дверь, затем вторую. Щелкнул выключателем – вспыхнули три лампы дневного света на потолке.

Макар шагнул вперед с изумленным восклицанием.

То, что снаружи выглядело как сарай, оказалось помещением с двойными стенами. Внутри обнаружилась кирпичная постройка, к которой было подведено электричество. На полках в идеальном порядке хранились инструменты. Но главное – два высоких металлических сейфа, тусклые серые коробки, стоящие друг напротив друга.

– В дом пытались залезть, когда мы были в отъезде, а вот сюда – ни разу, – сказал Бузина. – Я и решил, что здесь спокойнее все хранить. А то мало ли: заберутся глупые люди, увидят сейф, подумают, что там что-то ценное, начнут его потрошить… А тут как бы двойная защита от дурака.

Он вытащил из другого кармана еще одну связку ключей и отпер левый сейф.

Внутри виднелись корешки темно-коричневых папок, похожих на сухие коржи медовика.

Макар преисполнился надежд, точно маленький мальчик накануне дня рождения. Неужели ему достанется кусок торта?

– Вы забрали дело Грибалевой?!"

"– Ну уж нет! Кто бы мне разрешил! Дело ушло в архив, как положено. Но кое-что я скопировал и оставил. Говорю же: как знал, что придут!

Бузина вытащил одну из папок.

– Пойдемте наружу! Там потеплее.

В сарае действительно было промозгло. Они вышли, и бывший следователь тщательно запер обе двери. Илюшин не мог понять, кто перед ним: тихий сумасшедший или просто крайне предусмотрительный человек.