"

"Водитель такси, который вез пассажира в Реутов, всю дорогу поглядывал на него. Молодой парень то и дело подносил к носу стеклянный флакончик. Наркоман, что ли? Глаза вроде нормальные.

Он хотел даже сказать, что нечего вонять всякой дрянью у него в салоне, потом неделю не выветрится. Но пахло уж больно хорошо. Сначала сладко, а потом какой-то горечью, не поймешь – то ли трава, то ли лекарство. А все равно приятно. Он даже пожалел, когда поездка закончилась.

Макар, выйдя из машины, спрятал флакон в рюкзак. Стеклянные голубки на крышке блеснули в солнечном свете.

Бывший следователь Федор Бузина на пенсии поселился в собственном коттедже. При взгляде на дом Илюшин преисполнился дурных предчувствий. Уродливое кирпичное сооружение с крошечными окнами-бойницами. На первом этаже окна забраны решетками.

В ответ на его звонок за забором в хриплом страшном лае зашлась сторожевая собака.

– Тихо! Молчать!

Но лай не замолкал, пока калитка не распахнулась.

Перед Макаром оказался невысокий подтянутый пенсионер с живыми глазами за толстыми стеклами очков.

– Федор Васильевич? Здравствуйте. Я вам звонил по поводу…

– Да-да, меня уже Истрик предупредил, – перебил Бузина. «Вот ведь лжец Алексей Борисович!» – мелькнуло у Илюшина. – Проходите. Пса не бойтесь, добродушнейшая зверюга.

Зверюга оказалась старым алабаем, огромным и косматым, как йети. Увидев гостя, пес замолчал и ушел под навес. Откуда-то выбрался крошечный черный котенок и принялся ползать по собачьей лапе, как клещ.

– Вон, подкинули нам на днях мальца. – Хозяин кивнул на котенка. – Подселили его к Боярину пока, а там поглядим на его поведение.

– Не съест его ваш Боярин? – спросил Макар.

– Вот и проверим. Да что там есть-то… Мяса меньше, чем в воробье.

Тем временем котенок забрался на голову алабаю и неустрашимо двинулся по хребту в глубь континента. Понаблюдав за ним несколько секунд, Илюшин решил, что сочувствовать нужно не котенку, а собаке, и догнал хозяина.

– Я все ждал, не приедет ли кто, – говорил Бузина. Он слегка прихрамывал, но шел уверенно и быстро. – Чуйка меня редко подводит, это я без хвастовства говорю, учтите. Я знал, что дело это вновь откроют рано или поздно…

– Почему? – спросил Илюшин. Еще ему хотелось узнать, куда они идут, потому что Бузина удалялся от дома, а впереди не было ничего, кроме сарая и двух теплиц.

– Если бы я мог объяснить, это была бы не чуйка, а рациональная составляющая нашего ума, – назидательно ответил Бузина. – Мне за двадцать лет несколько раз попадались дела, с которыми что-то было не так. Девушка эта, Грибалева… Слишком жестоко для ограбления… простите, как я к вам могу?..

– Макар Андреевич.

– Слишком жестоко, Макар Андреевич.

Илюшин даже замедлил шаг.