— Да он поди опять заперся в каюте и ведёт там с нашей новой святошей «богословские беседы», — отмахнулся боец. Ну да. В отличии от нас с Айлин они не стали ходить вокруг да около, а как более взрослые и сформировавшиеся личности почти сходу приступили к самому главному. Изучению богословия, конечно же. Иногда так увлекались, что воззвания Исгрид к богам были слышны не только в коридоре, но и в соседних каютах.

— Ну так ты прежде чем ломится в комнату, послушай «беседуют» они там или нет, — хмыкнул я, — Если да, то конечно не стоит их тревожить. Если нет, то пусть подходит сюда и разнообразит физическую активность умственной.

Последние несколько слов боец явно не понял, однако спорить дальше не стал. Пошёл выполнять поручение. Барон же тем временем сгрёб со стола фишки и рассыпал их по своим коробочкам. Затем блаженно потянулся.

— Люблю морские путешествия, — бросил он, — Не надо сбивать себе зад седлом. Сиди, да наслаждайся тем, как мимо тебя сами проплывают мили пути. Ну да что-то я замечтался, — он посмотрел на меня хитро прищурившись, а затем подмигнул, — Чувствую у тебя ещё какие-то вопросы были.

— Были, — не стал отпираться я, — Главным образом один. Что случилось в моё отсутствие и как отряду вообще удалось уцелеть во время той облавы? Как вообще так случилось, что вам предложил помощь Гайер и откуда вы узнали, где меня держат?

— Это уже куда больше одного вопроса. Не спеши так, всё по порядку… — хмыкнул Барон, немного помолчал и добавил, — А вообще, — он почесал затылок, — Сейчас придёт твой сержант. Вот он то нам всё и расскажет. Так уж получилось, что именно Бернард вместе с этой твоей дамой тогда оказались в самом центре событий.

Ну, тоже неплохо на самом деле. Узнаю так сказать, всё из первых уст, а не в виде приукрашенного пересказа. Впрочем, выдавить из Бернарда хоть пару слов порой тоже та ещё задачка. Остаётся надеяться, что совместными усилиями нам с бароном всё-таки удастся развязать ему язык.

Додумать мысль я не успел. Внезапно один из матросов, дежуривший в «вороньем гнезде» (наблюдательная площадка на мачте) на фок-мачте, перегнулся через перила своей площадки и во всю глотку заорал: «Парус! Парус на горизонте!»

Твою ж налево. Похоже, у нас незваные гости.

«Ну их в жопу, такие развлечения»

— Пойдем посмотрим? — предложил я, вставая из-за «стола».

Спина немного затекла от сидения. Хотелось немного прогуляться, чтобы размять затёкшие мышцы, хоть это и означало новые приступы боли. Она вообще стала моим постоянным спутником с тех пор, как меня вытащили из тюрьмы. Большую часть времени — тупая и ноющая. Такую можно игнорировать и даже научиться с ней сосуществовать в одном теле. Принять, как новую часть себя. Но иногда она становилась острой и режущей.